Читаем Золотая девочка полностью

Карсон начинает пробивать себе дорогу, чтобы с ним поздороваться, но на полпути останавливается: что, если коллега ее не помнит? Здесь слишком шумно, чтобы объяснять, кто она такая, и можно просто поставить себя в неловкое положение. Это ей совсем не улыбается, вечер у нее и так уже плохой. Стоило бы пойти восвояси. Но что ждет ее дома? Ничего. Ей нужно выпить еще пива. Она направляется к бару; от сцены пробираться легче, чем к ней, но, когда Карсон пытается обогнуть какого-то парня, он заступает ей дорогу. Она делает шаг в сторону, нахал снова встает перед ней. Смешно.

Она скалится.

– Карсон, – окликает он.

Это тот, как его, из «Весла и поля».

– Маршалл, – вспоминает она. – Утка.

Он улыбается. На него приятно смотреть, как на младенца или щенка, хотя здесь, в «Чикен Бокс», в своей футболке с логотипом пивоварни «Сиско», в кепке козырьком назад на золотых кудрях и с легкой щетиной на щеках – у него, наверное, сегодня выходной, потому что в «Весле и поле» никто не потерпит растительности на лице, – он кажется более привлекательным, чем в последние два раза. «Ну-ка, ну-ка, вот так Маршалл». Карсон прикидывает, не повеселиться ли ей с Уткой Маршаллом, как в старые добрые времена. Они будут танцевать, целоваться, потом поедут съесть по куску пиццы, а дальше – на пляж, искупаться нагишом и заняться сексом.

Это было бы свежо. Невинно. Она проведет ночь так, как ей и полагается в двадцать один год.

Может, так и сделать?

– Давай куплю тебе выпить, – предлагает Карсон.

– У меня уже есть, – говорит он, приподнимая бутылку «Миллер-лайт».

В эту секунду Маршалла хватает за руку крошечная блондинка в цветастом коротком платье.

– Пошли танцевать.

Затем поворачивается и видит Карсон.

– Привет, дорогуша, – говорит блондинка, и Карсон едва сдерживается, чтобы не заехать ей по лицу. – Извини, он сегодня мой.

Маршалл пожимает плечами и позволяет этой пискле увести себя сквозь толпу.

У Карсон нет никакого права чувствовать себя отвергнутой: Маршалл позвал ее на свидание, она ему отказала и выбросила бумажку с его номером, – но именно так себя и ощущает. Он хорошо выглядел и казался именно тем, кто был ей сейчас нужен, а она проиграла его этой блондинистой резиновой игрушке.

Еще секунду Карсон ждет, не вернется ли Маршал. Он не возвращается, и она поворачивается, чтобы уйти. Какой-то парень хватает ее по дороге за задницу, но Карсон так подавлена, что у нее даже не находится сил на него огрызнуться.

Снова сев в машину, она проверяет телефон. Зак молчит. Точно спит. Но ему пора просыпаться. Карсон пишет еще одно сообщение: «Чем занимаешься?» Никакого ответа. Его и не будет: любовник спит. На звонок он не ответит, а домой она позвонить не может.

Карсон принимает решение проехать мимо его дома: это по пути. Она выезжает на маленький круг, высматривая полицейских. Судя по тому, какой у нее сегодня выдался день, ее сейчас остановят и заставят подышать в трубку. Она катит по Хупер-Фарм к Паркер, а потом сворачивает с Паркер на Грэй-авеню. Дом Бриджманов отстоит от дороги метров на сто. У их дома двускатная крыша и отдельно стоящий гараж, на втором этаже которого маленькая квартирка, где живет сын Зака Питер. Тот сейчас в лагере. Он ездит в этот лагерь с восьми лет и теперь уже старший вожатый. Зак говорит, что в лагере сын чувствует себя на своем месте, чего никогда не случалось в нантакетской старшей школе. Карсон слишком много пришлось выслушать о перипетиях воспитания подростков, учитывая, что она сама почти еще подросток.

Карсон заезжает на парковку перед пустующим конным сараем через дорогу от дома. Отсюда ей хорошо его видно. В особняке темно, за исключением фонарей на крыльце и над дверью гаража. Карсон борется с искушением постучать в дверь или начать кидать камушки в окно комнаты Зака. Она снова смотрит на телефон. Ничего.

«Сердце – одинокий охотник», – думает она. Ее тезка, Карсон Маккаллерс, была права – по крайней мере, в этом.

Карсон откидывается на спинку сиденья и закрывает глаза. Да что он там делает? И как, господи, как она умудрилась так вляпаться?

Их роман начался в прошлом ноябре. Карсон поехала на курсы барменов в Южном Бостоне. Она должна была жить в таунхаусе Саванны в Бэк-Бэе; подруга матери уехала в Дакар по делам своего благотворительного фонда, поэтому дом оставался в распоряжении Карсон. Ей только что исполнился двадцать один год, и она была готова погрузиться в жизнь большого города. Собиралась бегать вдоль Чарльз, потом пить кофе в «Тинкин Кап», каждый день ходить в новый музей или на экскурсию, потом – на занятия, а затем ужинать в очередном ресторане из своего списка: «Пэммис», «Мистраль», «Эреа Фор».