Читаем Золотая девочка полностью

Виви берет его за руку, и, как только они оказываются на танцполе, группа переходит к Stay Together Эла Грина, что весьма иронично. Оба подхватывают знакомый ритм их супружеского танцевального прошлого.

– Спасибо, Виви, – говорит Джей Пи. – Свадьба на высшем уровне, все в восторге, без тебя я бы не справился.

«Без меня ты бы вообще ничего не сделал», – думает она, но вслух говорит:

– На здоровье. Я счастлива за Уилли и Рипа.

– Помнишь, когда мы забрали их из клуба мальчиков и девочек после того, как они вместе пошли на танцы в День святого Валентина?

– Они держались за руки, – подхватывает Виви. – Я думала, ты вышвырнешь Рипа куда подальше.

– Прежде чем выйти из машины той ночью, он поцеловал Уиллу, – продолжает Джей Пи. – Их первый поцелуй, и мы сидели совсем рядом.

– Помнишь, что она сказала по дороге домой? – спрашивает Виви.

– Она сказала, что хочет выйти за него замуж, – отвечает Джей Пи. Он вздыхает. – И вот – сколько, двенадцать лет спустя? – мы на их свадьбе.

– Многое случилось за эти двенадцать лет, – замечает Виви.

– Ты написала еще шесть книг. А я провалил еще два бизнеса до «Рожка».

Да, сначала потерпела крах та затея с обслуживанием яхт, затем – винный магазин: именно так, как она и предупреждала мужа. Кто предложил открыть магазин мороженого? Виви. Сколько раз Вивиан чувствовала, что она единственный двигатель, тянущий семью вперед. Она разбиралась с девочками, отвозила Лео с острова в лагерь на игры в лякросс и отвечала на звонки, когда он скучал по дому, посещала родительские собрания и читала все книги, которые детям задавали на занятиях по английскому языку. Когда умер семейный хомячок, мистер Бизи, Джей Пи как раз уехал за вином и потягивал каберне в Напе. «А потом ты влюбился в свою сотрудницу и разрушил нашу семью», – думает Виви. Но она не станет упоминать об этом, потому что предпочитает жить на широкую ногу и не мелочиться.

«Люблю тебя в горе и в радости, в болезни и здравии…» – напевает Эл Грин.

Теперь вокруг Виви кружатся воспоминания поприятнее. Джей Пи сидит на краю ванны и держит коробочку с кольцом. Джей Пи стоит в халате и шапочке, пока на свет появляется Уилла. А потом – Карсон. Затем – Лео. Джей Пи стоит на лестнице возле дома в Серфсайде и вешает рождественские гирлянды. Джей Пи и Виви сходят с ума, когда у Лео из-за отита поднялась температура до сорока градусов. Джей Пи и Виви сидят в баре на 21-й Федерал в ту ночь, когда Саванна забрала всех троих детей с ночевкой в дом на Юнион-стрит (больше она эту ошибку не повторяла), а затем напиваются так, что заваливаются в «Розу и корону» попеть караоке. Джей Пи и Виви болеют за «Патриотов» и дают друг другу пять каждый раз, когда Дэнни Вудхед делает тачдаун. Они плавали на «Арабеске», смотрели фейерверки с переднего двора Люсинды, жарили гриль на пляже Фортит Поул, посетили бог знает сколько коктейльных вечеринок, на которых сначала расходились, чтобы пообщаться с гостями, а потом вновь сходились, пока кто-то один не шептал: «Земля горит» – условный сигнал, означающий «пойдем отсюда». По дороге домой они всегда останавливались у Стабби, чтобы перекусить жареными куриными ножками и вафлями фри; какое бы платье ни было на Виви, оно неизбежно попадало в химчистку из-за пятен кетчупа.

Кстати, о химчистке: Виви вспоминает, как впервые увидела этого мужчину и как разволновалась. Наконец-то заглянул симпатичный парень ее возраста! Джеки Пейпер.

Джей Пи замечает, что Виви смотрит на него снизу вверх, прижимает ее к себе чуть крепче и наклоняется, чтобы прошептать ей на ухо:

– Виви, – говорит он, – мне жаль.

На мгновение она кладет голову ему на грудь. Песня почти закончилась.

– Ничего страшного, – отвечает Виви. – Я прощаю тебя.

Марта появляется в понедельник днем, на закате солнца. Сегодня День труда, день, который Виви всегда считала самым грустным в году. На Нантакете много людей, которые радуются виду внедорожников, под завязку набитых багажом и кофрами, досками для серфинга, привязанными к крыше, и велосипедами, свисающими сзади. Вся эта вереница выстраивается в очередь, чтобы подъехать к парому. Но картина наполняет Виви меланхолией. Эти люди возвращаются к своей обычной жизни: стригутся и покупают школьную обувь, сгребают и сжигают сухие листья, ходят на футбольные матчи. Дети возвращаются в колледжи; летние романы завершаются.

– Вивиан, – окликает Марта. Она снова напустила на себя деловой вид, держит блокнот и нацепила дешевые очки для чтения. – Пора.

– Вы сказали мне, что я могу понаблюдать все лето, – напоминает Вивиан. – Сентябрь – еще лето.

– Я сказала: до Дня труда, Вивиан.

Правда? Если честно, Виви не помнит.

– Я не хочу уходить, – признается она. – Хочу остаться там, где смогу видеть своих детей. Хочу знать, что с ними все в порядке.

– Вы помогли им всем, чем нужно, – заверяет Марта. – Им пора научиться жить без вас.