Читаем Знак Гильдии полностью

Юный Ильен, трусивший следом за госпожой на смирной чалой лошадке, находился в приподнятом настроении. Вчера он выдержал настоящую битву, доказывая Волчице, что никто, кроме него, не управится с Душой Пламени. И отправился в поход – на зависть сверстникам из крепости. Они когда-то считали его трусишкой и ни на медяк не верили рассказам о том, как он летал на драконе. До тех пор не верили, пока супруга Хранителя не подтвердила: да, летал!

А теперь в путь его провожали восхищенные, иззавидовавшиеся приятели. А кареглазая Ирлеста, дочка сотника, подарила на счастье и удачу бархатный вышитый мешочек с наговорным корешком болотной лапчатки. И долго махала вслед с крепостной стены. Ильен чуть шею не вывихнул, оборачиваясь, чтобы еще раз увидеть фигурку в синем платье. Десятник Аранша даже предложила парнишке сесть в седло задом наперед – так удобнее будет ехать.

Вот уж кто ни разу не обернулся, так это сама Аранша. Боялась, что слезы навернутся на глаза. Впервые она рассталась с сынишкой.

Волноваться-то не о чем! Харнат позаботится о сыне, как не всякая мать сумеет. Опять-таки у малыша няня, как у господского чада. Аранше не скулить надо, а радоваться: получила, что хотела. Снова на груди зелено-белая перевязь найлигримского наемника. Снова раскачивается на цепочке бляха десятника. Снова скачут позади воины, готовые повиноваться веснушчатой стриженой командирше. Жаль, не прежний десяток: новички зеленые, сброд неотесанный. Ничего, Аранша научит их отличать меч от мотыги!

Десятник развернула коня:

– Чего расшумелись, галки деревенские? А ну, заткнуться и подтянуться, не на прогулке небось! А если из кустов разбойники? А что б вы думали – крепость далеко осталась, места чужие, силуранские. А вы на солнышке пригрелись, еще рубахи скиньте, чтоб прямо в седлах загорать... Чего-о?! Ты, Лопоухий, ворчать будешь? Доворчишься у меня! Знаете, как говорят бывалые наемники: «Не достанет враг, так достанет десятник...» Э-эй, куда уставился?

Аранша обернулась туда, куда глядели через ее плечо воины. И едва не свалилась с коня.

Дорога в солнечном сиянии поднималась на взгорок. И там, наверху, держась ручонкой за ветку придорожной орешины, стоял крепенький трехлетний мальчуган с огненно-рыжей головенкой.

Кавалькада остановилась. Всадники изумленно переглядывались. Аранша спрыгнула с седла, подбежала к малышу, подхватила его на руки.

– Что... ты... почему?..

Денат спокойно глядел в потрясенные глаза матери.

– Все сели кушать, – объяснил он рассудительно, – а тебя нету. Пойдем домой!

Аранша, прижав к себе сына, затравленно оглянулась на всадников. Тот, кто посмел бы задать женщине хоть один вопрос, стал бы ей врагом на всю жизнь. И все это поняли. Наемники разом отвели взгляды. Госпожа начала нервно поправлять заколотые в узел волосы. Ильен завозился в седле, устраиваясь поудобнее.

– Денат, зайчик мой, – напряженным голосом сказала Аранша. – Мама не может идти домой, мама очень занята. Мое солнышко сейчас поедет в Найлигрим и будет слушаться папу и няню. Мама скоро вернется.

Она шагнула к тому из всадников, что оказался ближе:

– Бери малыша на седло. Держи крепче, чтоб не спрыгнул. Прибудешь в Найлигрим, скажи дарнигару, пусть глаз с него не спускает.

Наемник почтительно наклонил голову и осторожно принял ребенка из рук Аранши. Мальчик попытался закапризничать, но воин весело проговорил:

– А вот какая лошадка хорошая! Денат поедет верхом, как настоящий воин! Ну, поскакали, командир!

Аранша проводила взглядом всадника, увозящего драгоценную ношу. Затем вскочила в седло. Лицо ее было багровым и свирепым.

– Что глаза вылупили, бездельники? А ну, вперед! Лопоухий, не дергай так узду, губы жеребцу порвешь!

* * *

Воздух дрожал от птичьих трелей, словно все лесные певцы слетелись к дороге похвастать своим искусством перед проезжими всадниками. Деревья то сплетали кроны над головами путников, то расплескивались в стороны, открывая безоблачное яркое небо.

Дорогу пересекла речушка, разлившаяся от недавних дождей так, что пришлось уговаривать коней войти в поток. Когда преграда осталась позади, Аранша бросила поводья на высокую луку седла и вытянула руки в жесте, отвращающем беду: не обиделись бы водяные духи за то, что их покой потревожен, не стали бы клясть вдогонку путников!

Многие из наемников повторили жест командира. Просвещенный и начитанный Ильен украдкой усмехнулся: глупое деревенское суеверие! И ведь не в Темные Времена живем! Известно, что водяные духи – хозяева лишь в своем потоке, на сушу их власть не распространяется!

Справа от дороги раскинулась просека. Она возникла этой весной, не раньше: пни еще не укрыты шапкой молодых побегов. Размытые дождем кострища, вдали шалаши из сучьев. А почему не слышен перестук топоров? Денек просто создан для работы!

Загадка разрешилась быстро.

– Гляньте-ка! – привстал на стременах самый глазастый из наемников. – Дальше, за кустами...

А тут и кусты, словно по просьбе, расступились, открыв сгрудившихся мужиков – человек десять.