Читаем Змеёныш полностью

Мировой с видимым усилием взял себя в руки, прекратил мерить шагами комнату и остановился возле стола. В доме было холодно, влажно, слабо пахло плесенью. За окнами стемнело, под потолком горела люстра в самодельном абажуре; натянутая на проволочный каркас красная ткань окрашивала комнату в тревожные багровые тона. Телёнок валялся на кровати, закинув ногу на ногу, Дылда в углу под торшером уткнулся в книгу. Круча прошёл к столу, налил в кружку остывшего чая из эмалированного чайника, взял из миски холодную картофелину в мундире, макнул её в соль, не очищая. Клеёнка на столе была изрезана, рисунок почти стёрся.

— Как Кипяток? — спросил Мировой, побарабанив пальцами по столу. — Сегодня его бреда не слышно.

— Зашёл бы и глянул, — не прожевав, глухо отозвался Круча.

— Хочешь сказать, я плохой командир? — вспыхнул Мировой, в упор глядя на сталкера.

Человек-скала пожал плечами.

— Ты сам это сказал, — пробормотал он и громко глотнул.

Мировой ударил кулаком по столу.

— Давайте с этим разберёмся! Сколько можно молчать? Вы все думаете, что я слажал и не справился. Упустил Змеёныша и награду, подставил Кипятка под пули… так думаете? Ну, отвечайте! — Командир обвёл группу взглядом.

Поморщившись, Дылда оторвался от книги:

— Ты не прав, командир.

— Может быть. Тогда объясни, почему ты целыми дня читаешь, никуда не выходишь, почти не жрёшь и в глаза мне не смотришь?

Сталкер отложил книгу, поднявшись, подошёл к столу, сел рядом с Кручей.

— Ну, хватит. Не вышло, облажались, чего теперь? Ты не виноват…

Мировой упрямо качнул головой.

— Вы все думаете, что я виноват, что я послал вас на заведомо невыполнимую операцию, что я убил Рыжего! — Лицо его побледнело, на щеках выступили красные пятна. Он долго сдерживал себя, и теперь гнев рвался наружу. Дылда с Кручей переглянулись, они ещё никогда не видели дисциплинированного командира, бывшего военного, таким.

— Командир, в чём дело? — окликнул его Круча. — Ну, не вышло, так чего теперь кричать? Мы знали, на что шли, и Рыжий знал. В Зоне у каждого смерть за плечом стоит.

Мировой, тяжело дыша, сел и уставился в стену.

Телёнок поднялся, подошёл к столу, взял из миски картофелину, откусил и принялся вяло жевать, не отходя и не садясь. Задор новичка исчез, Телёнок поддался общему настроению и бездумно хандрил. В голове крутилась только одна мысль: неужели теперь всегда будет так? Может, тогда лучше уйти? Он уже забыл, что его привело в Зону, что толкнуло бросить всё и присоединиться к сталкерской вольнице.

Мировой поднял голову, посмотрел на равнодушного Телёнка.

— Это наказание, — внятно произнёс он, переводя взгляд на Кручу. Тот с удивлением посмотрел на помрачневшего командира. — Наказание, — повторил Мировой. — Я не суеверный, вы знаете, никогда ни в какую мистику не верил. Но Зона меня наказала за то, что…

Он не договорил — на окраине посёлка завыли на разные голоса псевдопсы и слепые собаки. Все, кроме Мирового, бросились к окнам. Тусклый свет луны озарял тёмные силуэты, выныривающие из мрака на краю леса.

— Это же… — начал Телёнок.

Волна мутантов захлестнула посёлок — большая стая псевдопсов и слепых собак, между которыми неслись кабаны. Услышав щёлканье клешнёй, Дылда крикнул:

— Псевдоплоть!

— Сюда бегут. — Круча поспешил к лестнице, схватив стоящий возле дверей автомат, кинулся наверх. Дылда с Телёнком тоже взялись за оружие, выставили стволы в окна и открыли огонь.

Бездеятельным оставался только Мировой. Он стоял посреди комнаты и зло улыбался, не пытаясь взять оружие.

— Мутант пришёл отомстить, — почти с облегчением произнёс он. — Мутант, Змеёныш.

Телёнок оглянулся на командира, раскрыв рот, собрался крикнуть что-то, но так и не крикнул.

В маленькой комнатке на втором этаже Круча оттащил кровать Кипятка от окна, выбив стекло, начал стрелять. Псевдопсы, слепые собаки и кабаны бежали по улице к дому, проламывали частоколы. Круча поливал их короткими очередями, то один, то другой мутант падал, но остальные неслись дальше, дом дрожал от их топота.

Вдруг в свете луны мелькнул огромный силуэт. Это ещё кто? Круча подался вперёд, но не смог разглядеть — чудовище исчезло за углом соседнего дома. Сверху было видно, что в движении необычной стаи, на первый взгляд казавшемся хаотичным, присутствует система: звери делились на несколько групп, и в середине каждой бежал особо крупный мутант.

Кипяток вдруг очнулся, приподнялся на локте, одеяло сползло, открывая замотанную бинтами грудь.

— Круча! — позвал он. Человек-скала с удивлением обернулся.

— Ну! — крикнул он и подскочил к приятелю. — Очнулся?! Ляг, ляг обратно!

— Я его чувствую, — сказал Кипяток и пронзительно ясными глазами посмотрел в лицо Круче. — Он там. — Сталкер вытянул похудевшую руку в сторону окна.

— Да это гон, просто гон! — Круча положил ладони на его плечи, нажал, укладывая обратно. Кипяток не сопротивлялся.

— Нет, это он, — произнёс раненый. — Прощай, Круча. — Он закрыл глаза и сложил руки на груди поверх повязки, будто покойник. Потрясённый сталкер выпрямился. Это было так не похоже на весёлого забияку Кипятка…