Читаем Змеиное проклятье полностью

И было уже непонятно, что является фантомом в этой комнате ужасов, а что тяжелой и жестокой реальностью. Призрачные твари стали носиться по комнате, подвывая и их вой сплетался с криками живых (или не живых?), во всяком случае во плоти, тварями.

Чудовищный порождения сновали по комнате из угла в угол, Сергей сначала пытался атаковать их , бросался с топором, но только порубил бревенчатые стены, оставив на них глубокие отметины. Прозрачные твари кидались на него, визжали на все лады, но в последний момент отскакивали в сторону и исчезали. Правда двое или трое из них не свернули а проскочили прямо сквозь человека, повергнув того в еще больший ужас и теперь ему временами казалось, что твари навеки поселились у него внутри.

Вокруг топали, визжали, орали, этот звук глушил и давил, и на его фоне уже нельзя было отличить отдельных выкриков. В какой то момент с потолка посыпалась труха и вниз, в комнату свесилась длинная чешуйчатая змея, и Сергей считал ее призраком, пока она не подползла к нему(сидящему посередине комнаты, подальше от стен) и не обвив ногу попыталась укусить. Но лишь вцепилась в ободранный край куртки. Сергей придавил ее обвившееся туловище к полу и отрубил ей голову. Змея оказалась вполне реальной и некоторое время корчилась в конвульсиях, не отпуская однако ноги, так что безголовое туловище пришлось снимать отдельно.

Да и сами стены комнаты временами менялись , теряли реальный вид, они неожиданно начинали тлеть вполне настоящим, роняющим искры огнем, затем обратились в монолитные стены из серого треснутого камня, затем в клепанные , проеденные ржавчиной металлические листы. С них капало, сыпалась труха, и каменная крошка.

Когда лунные тени удлинились и стали только частично попадать в окно, прям через стену в комнатушку вломился с душераздирающим ревом человекоподобный голем, с головой, похожей на перевернутое ведро, а вместо рук у него торчали дергающиеся змеиные хвосты. Несмотря на то, что чудище было явно призрачное, Серега кинулся на него и с одного взмаха снес голову. Голова легко отделилась и, улетев в темный угол, мгновенно истлела. Тело, даже не остановившись умчалось в другую стену. Там где упала голова, остался лишь жесткий ведроподобный шлем.

Который вроде был сначала ненастоящим.

Вообще, к концу ночи буйство достигло такого накала. Что Сергей до поры себя сдерживающий потерял остатки рассудка и кинулся рубить проносящихся тварей.

Он уже перестал ощущать время и уже не мог сказать какой момент происходило то или другое.

Так, однажды, стены в это время как раз обратились в каменные, вой и крик чудовищ вокруг достиг единого пика и на каменной стене проступил сияющий багровым светом знак. Знак- символ был мерзок и навевал какие то ассоциации.

Если бы Сергей в этот момент мог соображать, то он тут же понял, что изображение похоже на знаки, какими племена финоугорской группы обозначали своих богов.

Только этого знака не было не в одном из архивов по всей стране.

Но в тот момент Сергей сделал лишь одно, с воплем, походившим на крики чудовищ вокруг ринулся на знак и начал яростно его рубить. Знак поблек и начал исчезать, а затем, стены комнаты снова сменились и превратились в точную копию той тайной комнатушки под Черпиховким собором. Только ниша была не пуста, в ней что то было и от него на Сергея дышало злобой ужасом.

Приезжий кинулся и на него и рубил, со всей яростью и сило и топор высекал искры об деревянные ранее стены.

Затем все померкло и слилось в один темный водоворот из страшных морд клювов, глаз и когтистых конечностей. А хуже всего был тот запах древности, шедший ото всей этой нежити. Запах старого застоявшегося зла. И не старого даже, а древнего, давно уже вроде умершего.

Часа в три ночи мощным ударом вылетел закрывающий окно матрас и в пролом засунулась толстая волосатая рука с черными обезьяньими ногтями. Стал слепо шарить, тыкаться в стены, получила по пальцам топором и исчезла.

Затем крик и вой стих и настала полнейшая тишина. Сергей замер посреди комнатушки затравленно озираясь, В углу шипели, испаряясь чьи то внутренности.

Стены потухли и через окно лился слабый, серый свет раннего утра.

В дверь раздался сильный удар, затем еще один. С третьего она слетела с петель и в комнату тяжело шагнул человеческий силуэт. Утренний свет пал на его лицо и Сергей узнал его. Это был шизик Саня, недавно сидевший в баре. Его лицо было спокойно, даже безмятежно, но странного синевато- багрового цвета, глаза были закрыты. Причина этого была ясно видна, вокруг шеи селянина был туго затянут давешний змеиный чулок, а обрывок, которым он был к чему то привязан, лохматясь свешивался вниз.

С неменяющимся безмятежным выражением на лице он шагнул к Сергею и тут за разбитым окном, в утренней тишине звонко прокукарекал последний наверное оставшийся в селе петух.

Саня запнулся делая шаг и все с тем же спокойным лицом(его покой был явно покоем смерти) рухнул на искорябанные залитые мерзостью доски. С грохотом, аж звякнули оставшиеся стекла в окне.