— Не знаешь, как говорить о своих проблемах? Не подбирай слова. Просто начни. Ешь и говори. А я буду внимательно слушать. Не уверен, что в моих силах тебе помочь, но если ты решишься прийти ко мне, чтобы заняться любовью, то ты ни о чем не пожалеешь, клянусь тебе. Но я не буду настаивать, теперь нам никто не мешает, а я терпелив, Натали.

Она прикрыла глаза, наслаждаясь звучанием его бархатного голоса. Он мог соблазнить ее одними словами, даже не касаясь. Будет ли он терпеливо ждать и продолжать хотеть ее, после того, что она расскажет ему? Она не знала.

— Давай поедим, Джон, — попросила Натали не в силах продолжать этот сложный разговор. Он признавался ей в любви и рассказывал о том, что с ним происходит, а она хладнокровно вернулась к ужину.

— Давай, я только за, — он все понял, но не давил, как и обещал. Ей нужно время, чтобы прийти к согласию внутри себя. Он улыбнулся от еще одного ответа на свой вопрос — секс для нее страшнее еды. Он чувствовал, ощущал по электрическим разрядам в воздухе между ними, что награда за его терпение очень близка.

Глава 31

Натали сидела на ступеньках крыльца, ведущего из кухни на задний двор. Она любовалась близкими и яркими звездами, наслаждалась пением ночных птиц и ароматов цветов, высаженных в прекрасном саду возле виллы. Услышала шаги позади себя и впервые за последние десять лет не испугалась. Напротив, обрадовалась присутствию этого мужчины возле себя. Ее Джон. Он был прав, для них обоих давно приготовлено место в аду, так почему бы не насладиться тем, что есть сейчас? Этот змей утащил ее в свой лес, спрятал ото всех и, сам не отдавая себе отчета в этом, излечивал ее душу.

— Вот ты где, — Джон ожидал увидеть ее на мягком диване в зоне отдыха под навесом. Ему пришлось отойти из-за срочного звонка из Лос-Анджелеса. А когда вернулся, ее уже не было.

А его дивная Натали сбросила босоножки, зарывшись пальчиками ног в влажную после полива траву и прислонилась к круглой колонне. У него внутри что-то взорвалось мириадами счастливых огней. Она так привычно смотрелась в его убежище, месте силы, как он называл этот дом на краю обрыва перед самым морем. Ей также хорошо здесь, как и ему.

Он сел рядом, протянув ей два пустых бокала. Она держала их, пока он наполнял их сухим кьянти. Потом поставил бутылку возле кадки с цветами на каменном крыльце и забрал один бокал себе.

— Здесь очень красиво, Джон, — восхитилась она, глядя на небо. — В Нью-Йорке совсем не видно звезд из-за смога. А тут кажется, что вот-вот и дотянешься рукой до них.

— Я сюда приезжаю, когда хочу побыть один, собраться с мыслями и немного прийти в себя, — но сейчас он не хотел одиночества.

— Спасибо тебе за то, что взял меня с собой. Я давно мечтала об отпуске, — она положила ладонь на его бедро, повернувшись к нему в восхищении. — И я не против тех фото в соцсетях. Просто не привыкла, когда за меня что-то решают.

Он упивался ее близостью. Вот почему ему так нравился ее цветочный запах — он напоминал ей об этом спокойствии и уединении на вилле. Такая родная, близкая. Ее безотчетный жест и прикосновения к бедру, моментально распалили его. Джон улыбался от восторга.

— Я же обещал тебе отпуск, — напомнил он, сделав глоток вина.

— Да, но если бы мы встретились в пятницу при других обстоятельствах и ты предложил бы мне уехать, я бы снова отказалась, — призналась она.

— Дай-ка угадаю причины, — он поднял ладонь и каждый раз загибал пальцы. — Ты обрела сестру, с которой тебе надо наладить отношения, у тебя появились новые обстоятельства расследования в деле о твоей матери. Что еще?

— Недоверие к тебе, — Натали загнула ему еще один палец, но затем бесцеремонно разомкнула его кулак и захватила ладонь в нежный плен. — Слишком большой поток информации, и все это как-то в той или иной мере связано с тобой.

— Поэтому я не стал разбираться со всем этим, и просто вывез тебя из страны, — подытожил Джон. — И в церкви тогда также нужно было поступить. Кто ж знал, что снотворное с шампанским эффективное оружие против твоей нерешительности.

Натали, смеясь, положила голову на его сильное и твердое плечо.

— Прости, что чуть не убил тебя, хотя ты предупреждала об обезболивающих и анестезии, — он легонько поцеловал ее в лоб.

— Я же леди-терминатор, забыл? Меня так просто не прикончить, — хмыкнула она самодовольно.

— Расскажешь, может, что такого страшного в том, чтобы хотеть секса со мной? — тема его беспокоила. Натали поела, выпила вина, не напряжена и может, в конце концов, расскажет хоть немного о себе.

— Ты неправильно понял меня, — Натали встала и нервно зашагала по траве. Джон наклонил голову, созерцая ее красивые ноги. Такие длинные и изящные.

— Я понял только то, что не нужно было тогда выгонять тебя из машины, и наплевав на свою раненую гордость и расцарапанное лицо, привезти сюда.

Натали остановилась в шаге от него, нервно заламывая руки.

— Сильно больно было?

— От твоей брезгливости и презрения или от кулаков и ногтей?

— Джон, из…