Джон привез ее после обеда домой и помог подняться до квартиры. И хоть Натали весь день уверенно держалась, перед самой дверью у неё подкосились ноги. Последнее, что она почувствовала — Джон подхватил ее, не дав упасть. Но и все. Пижаму, будучи в сознании, не надевала.
Кое-как, морщась от боли в плече, Натали встала с кровати и отправилась на кухню.
Щеки загорелись, дыхание сбилось, а в глазах предательски защипало от слез. Джон здесь. Он с ней. Не оставил ее. И готовил что-то до безумия вкусное.
— Запах божественный, — хрипло произнесла Натали. Он что-то резал на доске, параллельно помешивая мясо в сковороде.
— А ты чего встала? — Такой невыносимо красивый в своей чёрной свободной футболке и темно-синих обтягивающих джинсах, что ей срочно захотелось спрятаться в ванной до тех пор, пока не приведёт себя в порядок.
— Я думала, что одна.
— Вот ещё. Ты рухнула прямо на меня, — Джон поднял взгляд на нее, прервав свои кулинарные действия. — И это результат твоего побега из больницы. Я вызвал хирурга, который тебя зашивал. Он выписал тебе антибиотики. Пару раз удалось тебе их впихнуть. Вижу, тебе помогло.
Он что? Ворчал?
Натали на трясущихся ногах села напротив Джона с другой стороны островка.
— Скоро будет готова еда, — он кивнул подбородком в сторону сковороды.
— Вижу что-то с мясом и кровью, — Натали усмехнулась. — я думала, ты уже утолил жажду.
— Сегодня работал из твоего дома, вживую никого не видел, поэтому свежей крови выпить не удалось. Придётся довольствоваться тем, что есть.
Джон подмигнул ей и улыбнулся. Его тёмные глаза окружили морщинки.
«Смешинки», — подумала Натали. Руку дала бы на отсечение, что его улыбка кого-то напомнила.
— Стоп. Работал? Какой день сегодня? — до нее внезапно дошел смысл его слов.
— Ты спала сутки с редкими короткими пробуждениями. Уже понедельник подходит к концу.
У Натали закружилась голова от паники. От Джона не ускользнуло, что она схватилась за краешек островка.
— Я отнесу тебя обратно в постель, — Джон отбросил нож в сторону и обогнув столешницу, подошел к ней. Его древесный парфюм, аура мужественности творили с ней непонятные вещи. Натали ни на чем не могла сосредоточиться.
— Подожди. Дай мне немного времени. Я разволновалась, — честно призналась она, откидывая голову назад, чтобы их взгляды снова воссоединились. Он не стал мучить ее высотой своего роста и сел на соседний высокий стул.
— Если ты переживаешь из-за работы, то твою отставку приняли. Звонила некая Фокси Найджел. Уточняла, нужно ли тебе что-то забрать из вещей.
Джон наклонил голову, как будто пытаясь разгадать головоломку. А именно — ее поступки.
— Неужели оно стоило того? Никто не знает о твоей причастности к спасению Мишель. Ты связалась со мной, лишилась работы, вдобавок потеряла уважение своих родственников.
Натали прикрыла глаза и улыбнулась.
— Стоило.
Жизнь свела ее с самым необычным мужчиной, к которому даже тело рвалось навстречу. Наконец-то она перестанет думать о себе как о неполноценной, асексуальной, неправильной… недоженщиной. Желания у нее были. И то, что она сейчас испытывала — стоило любой работы.
— Звонил твой отец.
— Ты ответил?
— Мне пришлось. Иначе бы он точно явился сюда. Проще по телефону объяснить, что у тебя высокая температура, чем рассказывать, почему у тебя прострелено плечо.
Натали поймала себя на мысли, что ей все равно. Вообще все, кроме сидящего рядом мужчины. Он поставил ногу на соединение внизу ее стула, вынудив ее втянуть воздух и напрячься. Не все потеряно с тобой, Натали Лагранж, если его сильные длинные ноги вызывают плотоядные низменные желания, а вовсе не страх и панику. Коснуться. Провести ладонью вверх, поймав горящий взгляд. Так, стоп, Натали. Очнись! Это не твой мужчина и никогда им не будет.
— И он даже не поинтересовался что ты делаешь рядом со мной? — она представила, что на самом деле Джеймс Лагранж мог сказать Джону. Он достаточно суров и превращался в дьявола, если с Натали что-то случалось.
— Поинтересовался. Но я предложил это выяснить у тебя, когда ты придешь в себя, — Джон продолжал смотреть на нее своими черными пронзительными глазами. Серьезный. Как будто пытался в чем-то разобраться, но ему не хватало деталей и он решил найти их у нее на лице.
— Слабак, — Натали посмеялась и тут же застонала от боли в ключице.
— Поделом тебе, — упрекнул в ответ Джон, вставая. — Идем, я отведу тебя в кровать. Посидела и хватит.
— А как же еда?
— Я принесу тебе в постель.
Джон аккуратно помог ей слезть с высокого стула и, обняв за талию, повёл в спальню. Он бы ее взял на руки и донёс, но Натали упорно сопротивлялась. Укрыв ее одеялом, он отошёл на кухню, чтобы выключить мясо, затем вернулся в спальню.
— Спасибо тебе. Джон, за все. Только не пойму, зачем тебе это, — Натали смутилась. Мужчина наедине с ней в ее спальне. В вечерних сумерках. Такой красивый, что она задыхалась от восторга.
— Ты спасла мою жизнь. Это меньшее, что я могу сделать для тебя, — логично ответил Джон. Приятно, что он ценил ее жертву.