— Фамильные изумруды семьи Конте. По легенде первый граф Конте подарил их жене после двух лет своего отсутствия из-за войны. Двадцать четыре штуки за каждый месяц их разлуки. Не знаю, где он их достал в начале шестнадцатого века, но они чистейшие и с особой огранкой, стоят безумных денег. Они были утеряны, но часть Алекс уже нашел. Может, обратили внимание, у Мишель на цепочке висит кулон с большим изумрудом — это точная копия украшения Микаэлы. И обручальное кольцо Алекс уже заказывал у современных ювелиров.

— Удивительно, что ты это знаешь лучше меня, — покачала головой Натали. — Но звучит ужасно романтично. Он нашел только два, получается?

— Лучано говорил, что недавно он нашел еще десять у какого-то коллекционера.

— Кьяра отучилась на факультете истории искусств, где познакомилась с Лучано, — объяснил Джон заинтересованность сестры. — Любит всякую рухлядь и старье с самого детства.

— Тогда тебе нужно познакомиться с моей бабушкой, Кьяра. Она обожает рассказывать о Лагранжах, — Натали мягко улыбнулась девушке, заметив некую резкость в словах Джона. — Интересно, где еще двенадцать изумрудов?

— Вот скорее всего узнаем, когда Алекс отреставрирует поместье, — предположила Кьяра.

— У меня, — заявил Джон. Кьяра закашлялась от неожиданности. Натали открыла рот и закрыла.

— Даже предположить боюсь, откуда они у тебя и зачем, — тихо сказала она, ощущая жгучую необъяснимую ревность. Наверняка услышал красивую легенду и хотел подарить их Мишель.

— Все гораздо прозаичней, чем ты там выстраиваешь у себя в голове, — предупредил Джон. — Они перешли мне от бабушки Фанни.

— Да ну? — удивилась Кьяра.

— Да, в одной из ячеек. Я еще не все открывал. Наверняка найду еще кучу всего интересного.

— А ты не хочешь передать или продать Алексу их? — Натали хмурилась все больше и больше.

— Пусть восстановит поместье, — пошутил Джон. — Нэтти, речь о большой стоимости. Нужно устраивать аукцион и так далее. А мне немного не до этого сейчас.

— Ты должен, Джон, — не унималась Натали.

— Лучше уступи ей, — попросила Кьяра, смеясь.

— Натали, после возвращения в Нью-Йорк, ладно? — сдался Джон. — Мне они ни к чему. А ты достойна большего, чем камни усопших предков Конте.

— Ты просто злишься, что Алекс романтичнее и привлекательнее тебя, — поддела Кьяра.

— Тут могу поспорить, — вклинилась Натали.

— Ну и какой самый романтичный поступок он совершил? Или безумный?

— Вообще-то я еще здесь, — недобро подал знак Джон.

— Если брать мой личный хит-парад, то наверное это просьба пожениться сразу после венчания Алекса и Мишель.

— Что? — удивилась Кьяра.

— Зря ты ей рассказала, — простонал Джон.

— Ты про моего брата говоришь? А что еще?

— В день нашего знакомства я рассказала, что очень хочу в отпуск с небольшими подробностями. Он привез сюда меня без моего ведома и согласия и устроил мне отдых мечты, — Натали погладила его по бедру, успокаивая. Он покачал головой. Но довольно улыбался.

— А вот это больше похоже на Джонни, — Кьяра подмигнула брату. — А этот камушек на твоей руке, ослепивший меня, что-то означает?

— Натали согласилась выйти за меня, — ответил он, целуя пальцы своей невесты.

Кьяра захлопала в ладоши и запищала от радости.

— Я так за вас рада.

— Джон, я сказала бабушке, — предупредила Натали. — Она спросила, когда свадьба.

— Ты мне скажи. Отец Грегори готов обвенчать нас в любом месте и в любое время.

— Хочу на Рождество, — проворковала Натали.

— Да вы спятили. Мы не успеем ничего подготовить, — возмутилась Кьяра.

— Давай на Рождество, — согласился Джон, погладив обнажившуюся в вырезе платья ногу Натали. Она сама дотянулась до его дразнящих губ и легонько поцеловала.

Глава 35

Джон отошел от террасы ближе к склону, разговаривая с кем-то по телефону.

— Давно не видела таким счастливым своего брата, — поделилась Кьяра. — Спасибо тебе. Я мечтала, что он когда-нибудь позволит себе быть счастливым и по-настоящему влюбится.

— А как же Мишель? — Натали все равно жгла внутри история с изумрудами.

— Мишель была лишь вершиной, которую он не смог достичь. Спортивный интерес. Он же весь из себя такой мачо, женщины стелются перед ним, а тут встретил сопротивление. Конечно его это разожгло.

— Я люблю его, Кьяра. И если он по-прежнему неравнодушен к другой, я просто умру.

— Шутишь? Он же боготворит тебя. Джон суров, но с тобой совершенно преобразился. Словно человеком стал. Что за колдовство?

Натали рассмеялась.

Джон вернулся как раз в этот момент.

— О чем сплетничаете?

— О моих ведьмовских талантах, — пояснила Натали.

— В этом тебе нет равных, любимая. Кто еще мог родиться тринадцатого числа?

— Кстати, Джон. Ты же не забыл о том, что мы должны появиться на семейном собрании в воскресенье? — вспомнила Кьяра.

— О нет, — выдохнул Джон.

— Что еще за собрание?

— Съезд всего нашего итальянского клана, — ответила за Джона Кьяра.

— Обсудим позже, — попросил Джон. — Натали, Фабрицио мечтал сделать тебе сюрприз и приготовил торт. Не знаю, насколько мой повар хорош в кондитерском мастерстве, но он очень старался. А я не упущу повод напомнить тебе, что ты теперь также недалека от старости, как и я.