Читаем Злой волк полностью

В спешке она заглянула в магазин дешевых украшений, на витрине которого Лилли до этого увидела нитку розового жемчуга, которую непременно хотела получить. Но ее не было и там. Никто ее не видел. Безрезультатно завершились поиски и в кафе-мороженом, и в отделе DVD-дисков «Медиа-Маркта» на втором этаже. В панике Пия помчалась назад к фонтану. Она грубо толкала прохожих, не реагируя на недовольное брюзжание в ответ. Сначала она представляла себе, как будет отчитывать Лилли, но спустя полчаса лишь молча молилась, чтобы ребенок нашелся невредимым.

Перед информационным киоском была очередь.

– Вы не пропустите меня вперед? – сказала она, с трудом переводя дыхание. – Я ищу ребенка, который пропал здесь в толпе.

Многие отнеслись к ней с пониманием и пропустили вперед, кроме двух бабуль, которые упрямо настаивали на том, что их проблемы важнее, чем исчезнувший ребенок. Одна совершенно спокойно купила три купона на покупку, другая спросила о каком-то магазине и не могла понять, что ей пыталась объяснить дама в киоске. Наконец подошла очередь Пии.

– Объявите, пожалуйста, что пропала моя… – Она замялась. Да, кто ей была Лилли? – «Объявите, пожалуйста, что пропала внучка моего друга» звучало бы совершенно по-идиотски.

– Как вы сказали? – пухлая копуша в окошке информационного бюро, скучая, смотрела сквозь Пию, без стеснения почесывая ярко намалеванными ногтями в декольте.

– Я… – начала объяснять Пия во второй раз, но потом решилась на более простой вариант. – Потерялась моя дочь, – выдавила она из себя. – Вы можете дать объявление о ее пропаже?

– Как ее зовут? – спросила толстуха флегматично. – Где вы будете ее ждать?

– Ее зовут Лилли. Лилли Зандер.

– Как?

Бог мой, что за идиотка!

– Л-И-Л-Л-И, – продиктовала Пия, теряя терпение. – Я буду ждать ее у фонтана. Или нет, подождите, лучше у кафе-мороженого. Она здесь плохо ориентируется.

Наконец глупая овца удосужилась сделать сколько-нибудь понятное объявление, но Пия засомневалась, что Лилли поняла, что речь идет о ней.

– Спасибо, – сказала она и направилась к кафе-мороженому. Что она могла сделать еще? Ее колени дрожали, желудок сводила судорога, и она знала, что это чувство называлось страхом. Пия заставила себя не думать о том, что могло случиться с симпатичной светловолосой семилетней девочкой.

В первый раз в жизни она поняла, что испытывали родители исчезнувших детей. Беспомощность и неизвестность были чистым адом. Как ужасно, должно быть, жить с этими чувствами недели, месяцы и даже годы. Она также поняла, насколько малоутешительным для родителей является уверение полиции, что они предпримут все возможное, чтобы найти их ребенка.

В каждом светловолосом ребенке Пия видела Лилли. Ее сердце каждый раз замирало, и тут же следовало разочарование, от которого на глазах выступали слезы отчаяния. Люди лениво протискивались мимо нее, и в какой-то момент Пия поняла, что больше не в состоянии дальше ждать и бездействовать. Она просто сорвалась с места. Нужно что-то делать, иначе она просто свихнется. Все эти пустые призывы к благоразумию, с которыми она сама обращалась к родителям пропавших детей, были забыты. Вооруженная сумкой и пакетом, она забегала в каждый магазин, в котором она была с Лилли. Она еще раз заходила в кафе-мороженое, в магазин дешевых украшений, в лавку декоративных изделий, где Лилли высмотрела для себя какую-то мягкую игрушку, и под конец во второй раз прошла весь «Медиа-Маркт». Она спрашивала десятки людей о Лилли, но ребенка по-прежнему никто не видел.

Наконец она решила отнести пакеты с покупками в машину и продолжить поиски. По дороге к паркингу она подумала о том, чтобы подключить к розыску коллег из полицейского наряда. Если к людям обращаются полицейские в униформе, то они большей частью воспринимают их более серьезно, чем вспотевшую, паникующую женщину.

Что она скажет Кристофу? Она не может ехать домой без девочки. Она достала из сумки ключи от машины, подняла глаза и изумилась. У заднего колеса ее автомобиля, согнувшись, сидела Лилли, обхватив руками колени.

– Пия! – воскликнула она и вскочила. – Где ты была так долго?

У Пии с грохотом свалилась с сердца вся Северная стена Айгера[16]. Ее колени неожиданно обмякли, и от облегчения она начала тихонько подвывать. Она бросила сумку, пакет и ключи от автомобиля и заключила девочку в объятия.

– Господи, Лилли! Как ты меня напугала, – прошептала она. – Я тебя искала по всему торговому центру!

– Мне нужно было срочно в туалет, – Лилли обвила ручонками шею Пии и прижалась к ней своей щекой. – А потом я не могла тебя найти. Я… я подумала, что ты… ты разозлилась и уехала без меня…

Малышка тоже зарыдала.

– Ах, Лилли, милая, я бы никогда этого не сделала. – Пия гладила ее по волосам, покачивая в руках. Больше она ее от себя не отпустит. – А что ты скажешь, если мы сначала съедим мороженое, чтобы оправиться от страха, а потом пойдем покупать тебе платье, а?

– О, да. – Сквозь слезы на лице девочки просияла улыбка. – Я скажу, что это замечательно.

– Тогда пошли. – Пия встала.