Читаем Злое наследие полностью

Сейчас здесь становилось всё безлюднее. Близ границы деревеньки и городки ещё держались в порядке. Но чем дальше, тем чаще путешественники обнаруживали: дорога пуста, ни души вокруг, а постоялый двор, на который они уже рассчитывали, брошен и разорён. И ладно бы только опустел, так ещё и залы были старательно загажены. Без споров: ночевать предстоит во дворе. А уже собирался дождь, темнело, и все понимали, что за ночь вымокнут до нитки и перемёрзнут до полусмерти. Грустная перспектива.

– Если есть трактир, значит, и деревня поблизости, – рассудительно заметил Килан.

– Логично, – согласился Эскевальд. – Уж там-то должен быть кто-нибудь. Всё не под дождём ночевать.

– И как ты сейчас в сумерках будешь искать деревню, а?

– Да проще печёной брюквы! Где тропки лучше всего нахожены-наезжены, в той стороне и деревня. Хочешь, сейчас найду? – И отправился, не дожидаясь согласия.

Направление он взял буквально за несколько минут. Можно было подумать, что знал заранее, а может быть, чувствовал след, оставленный десятками мужиков, приходивших сюда с дикой жаждой и уходивших, пошатываясь, полностью удовлетворёнными. Правда, кони тоже угадали, куда повернуть головы в ожидании. Именно они потянули хозяев за собой, как только те, осмотревшись, сообразили, в каких кустах прячется нужная тропинка. Может быть, почуяли пару стожков хорошего сена или запашок жилого тепла?

Но достаточно было выглянуть из-за полосы леса и кинуть первый взгляд на деревеньку, чтоб понять – ни очажного тепла, ни комфорта тут искать нечего. Если в поселении кто и остался, то прячется: где аромат дымка, пищи, да хотя бы свежеразрыхлённой в огороде земли? Ни огонька, ни струйки домашнего запаха. Только темнота, пустота и запустение. И собаки тоже молчат – значит, разбежались.

– Ну? – спросил Роннар. – Будем искать домишко поприличнее?

– Да зачем! Вон, заглянем туда. Смотри, на сарае стожок есть, целый.

Они осмотрели домишко и пришли к выводу, что тут, пожалуй, ночевать не стоит. Судя по всему, крыша сильно текла, а сарай, прикрытый сверху запасом сена, был слишком мал и очень уж смердел. Отправились проверять следующий двор. Вот тут-то и началось: за миг до того, как свистнула стрела, Аригис что-то почувствовал, слегка уклонился, и она ушла дальше. Напугала Эскевальда, но, к счастью, не ранила. В этот момент Роннар уже перекинул ногу, чтоб спрыгивать с седла, и думал он в первую очередь о том, как бы следующие стрелы не утыкали лошадей. У него-то есть шанс увернуться, а лошадки не проходили поборнический курс обучения.

Ещё он беспокоился об их с Аригисом спутниках, обычных солдатах с обычной выучкой. А так – больше ни о чём. Вряд ли на них напали бестии, они начинают атаку совсем иначе. С людьми же намного проще.

Несколько стрел прилетело в их сторону, пока до противника не дошло, что стрельба – глухой номер. Одну из лошадей всё-таки зацепило то ли вскользь по боку, то ли по крупу. Животное забилось, испуганное, Килан кинулся ловить её и успокаивать: и так ему стало совсем не до боя. Как раз теперь-то из-за сарая и груды брёвен, оставшейся от хлева, выскочили сами незадачливые стрелки. Хватило одного взгляда, и с ними всё стало ясно: бандиты. Слабо организованные и неопытные. Шваль, сравнительно недавно вступившая на дурную дорожку. Скорее всего, из бывших крестьян, а значит, бить коняшек целенаправленно не станут, для коренных земледельцев скот – святое.

Можно было разобраться с ними стремительно и безжалостно, без церемоний, но зачем. Этим будет довольно и крепких оплеух. Первому из набежавших молодой поборник врезал ногой, удобно используя луку седла как опору, тут же развернулся на другую сторону – встречать следующего. Лошадь не привыкла к джигитовке на своей драгоценной спине и затанцевала под ним, что, как ни странно, задачу даже упростило. На тычок странного, очень короткого подобия протазана Роннар ответил таким же пинком, левой ногой ещё успел отклонить оружие, да так, чтоб не в скакуна. И побеспокоился вслух:

– Конька мне порежешь. Окстись.

– Да ты чума, ты шваль такая! Шоб тебя на плетень натянуло!

– Давай, дружок, не шали.

Он отобрал у противника куцый протазан и аккуратно стукнул по макушке следующего разбойника. Аккуратно стукнул – жить будет, просто полежит чуть-чуть. Справа Аригис уже спешился и без особой выдумки молотил троих бандитов кулаками, а те, отлетев по разу, вскочили, башками тряхнули, словно кусаемые в уши жеребцы, и снова побежали за порцией тумаков. Килан всё ещё возился с конём, а Эскевальд сразу вытащил оружие и встал в оборону. И поэтому, видимо, банда сочла его более опасным. Предпочла наброситься всей кодлой на странную пару, отбивающуюся ногами-руками, словно тренированное человеческое тело – менее опасное оружие и от него какой-то иной смертью умираешь.

Впрочем, пинки вчерашним крестьянам тоже как– то не очень понравились. Всего со второй попытки они уже сообразили, что исходная задача, кажется, усложнилась, и попятились на пару шажков. Растерянно переглянулись.