Читаем Злое наследие полностью

– Потому что сначала Аранефу надо стать регентом. Он пока не регент. А когда брат закончит с более важным противником, и у него дойдёт очередь до меня, обстоятельства могут сильно измениться.

– Как именно?

– Да есть тут идеи, знаешь ли…

– Ну хорошо, – сказал Гадар, поняв, что продолжать сестра не намерена. – Ты-то сама кого собираешься поддерживать?

– Никого.

– Так понимаю, ты и сама решила претендовать на регентство.

– Не снизойду, – лаконично отозвалась она и как– то даже поскучнела. – Отправляйся к Аранефу и скажи ему, что я из Диэдима не уйду. Он мне эту область обещал, и хватит придумывать отговорки. Земля требует внимания всегда, а не только тогда, когда мне придёт наконец в голову выйти замуж. Куда я, кстати, пока не собираюсь.

– Чёрта с два я поеду обратно что-то там сообщать Аранефу, – хладнокровно отозвался Гадар. – Я что, тут у вас обоих на посылках служу? Ну да, прямо!

– Не ругайся… И реши сам, чем в действительности хотел бы заняться? Если завладеть троном, так действуй. Если решил помогать кому-то из нас, так выбирай – кому.

– М-м! Стать правителем. Вот так перспектива!.. Однако, если уж начистоту: ну какой из меня король, подумай сама.

– Ох, лукавишь! Тебе, как и каждому, хотелось бы побыть на вершине, признайся.

– Отчасти, пожалуй. – Гадар не удержался, заулыбался – так провокационно и задорно смотрела на него сестра.

– Так вот об этом и надо думать. Не о том, кто будет регентом, а о том, кто будет допущен к высшему выбору. Именно об этом я и думаю сейчас. А они там пусть делят временную власть.

– Да ты вообще понимаешь, до чего может дойти делёжка?! Ведь это будет война! Уверен, Аранеф сумеет найти сторонников и соберёт армию не хуже, чем войско Овеяния. И тогда мы увидим такое, что лишит нас сна до конца жизни.

– Ты слишком торопишься. К чему паниковать? Лучезарному непривычны военные пути выяснения разногласий, мы здесь привыкли жить мирно. Почему же ты уверен, что Аранеф или Бовиас запросто решатся первыми начать войну против собственного народа? Это гораздо труднее сделать, чем сказать, поверь.

– Но ты же смогла!

– Я? С кем же это я, по-твоему, начала воевать? Я всего лишь взяла обещанную мне землю, потом организовала её оборону – и вот, изволь: сделала всё, чтоб идея воевать со мной никому не пришла в голову.

– То есть ты собираешься стоять здесь насмерть и никого не пускать?

– Полагаю, здесь у меня будет чем заняться. Но я не хотела бы, чтоб мои планы были объявлены Аранефу. Его мои мысли насчёт Диэдима не касаются.

– Можешь быть спокойна, – отозвался заинтересовавшийся Гадар. – Я рассказываю брату далеко не всё. Сама понимаешь, почему.

Ианея величественно кивнула – и уверенно увела разговор в другую сторону:

– Я считаю, очень скоро ты тоже начнёшь свою игру. Тебе хватит честолюбия.

Покои, которые она выбрала для себя, выглядели, пожалуй, слишком скромно. Для принцессы, конечно, сперва отовсюду стащили всё самое лучшее, но получившийся винегрет из разномастной мебели оскорблял эстетические чувства дочери короля, и она распорядилась убрать почти всё. Оставила лишь кровать (которую не сумели бы убрать, иначе как распилив её на мелкие части – так она была велика и массивна), бюро да два пристойного вида креслица. Лёгкий обеденный столик каждый раз вносили и потом уносили с глаз долой, а уж как умудрялись уместить на нём необходимую сервировку – чудо! Которое, впрочем, Ианею не волновало.

Пожалуй, впервые в жизни Гадар проголодался по-настоящему, а потому накинулся на угощение без капризов. Мясо в соусе – единственное, что действительно понравилось ему, остальное лишь пристойно утолило голод. Сделав жест, по которому прислуга убрала обеденные тарелки и подала десерт, принц вопросительно взглянул на сестру. Та пообедала куда быстрее, чем её гость.

– Значит, ты предлагаешь мне тоже претендовать на регентство? И думаешь, что нам стоит создать коалицию?

– Отнюдь. Знаю, что быть королём ты бы не отказался. А Аранеф, кажется, предполагает, будто тот из нас, кто примет обязанности регента, в конечном итоге будет коронован. Однако процедуру высшего выбора он отменить не в состоянии. И Бовиас тоже, если он лелеет те же мечты. У нас у всех равные права, а решать будет Пламя.

Её брат попытался представить себе Ианею на троне и внутренне содрогнулся. Впрочем, теперь его уверенность в том, что в роли королевы она стала бы абсолютным кошмаром для Лучезарного, поколебалась. Он увидел её с новой стороны. Может быть, сестра и не принудит подданных соблюдать сто тысяч тягомотных правил на каждом шагу. Может быть, и не превратит нормальное существование в тоску зелёную под эгидой служения предписаниям хорошего тона.

Если не считать того, что это вообще абсурд – корона на голове у женщины!

Ианея очень внимательно следила за выражением его лица. Гадар это, конечно, заметил. И решил уточнить:

– Чего же ты хочешь? Вообще. В целом.