Читаем Злодейский путь!.. [том 7-8] полностью

Шен придвинул конфеты поближе к Муану, и они вместе стали есть их, глядя на Ера. Тот все косил на заклинателей глазом, но вскоре не выдержал и повернулся к ним лицом, уперев руки в боки, и принялся буравить прямым взглядом.

Шен взял еще одну конфету и, надкусив, с наслаждением прикрыл глаза. Ера до глубины души потрясло такое жестокосердие. Какое-то время он продолжал буравить Шена взглядом, но ничего не менялось, поэтому он подошел ближе, присел на мох и предложил:

— Может, нам заключить перемирие, пока находимся в гробнице?

Шен, только что спокойный и благодушный, перевел взгляд на с виду безвинные глазенки Ера и ощутил, как возвращается злость.

— Перемирие?! — отложив конфеты, переспросил он. — Ты думаешь что, я с тобой воюю? Я еще даже не начал… Лучше тебе вести себя тихо, иначе, будь уверен, если мой самоконтроль окончательно иссякнет — ты с этой гробницы не выберешься!

Ер ошарашенно округлил глаза. Признаться, до этого момента он не воспринимал Шена, как угрозу. Даже когда отказывался сотрудничать и откровенно провоцировал, насмехаясь над его личными счетами с Админом, он не боялся, что Шен может ответить не колкостью, а ударом. Ему это даже в голову не приходило. В конце концов, они цивилизованные люди из просвещенного мира… И Шен представлялся интеллигентом, который не пускает в ход кулаки.

На мгновение Ера кольнул страх. Он осознал, что находится глубоко под землей в опасной гробнице вовсе не рядом с приятелем, а, возможно, врагом. И этот враг, пока Ер скучал в расщелине, прошел через многое, имеет куда больше опыта и умеет контролировать свою силу.

Страх кольнул и пропал, а Ер попытался перевести все в шутку:

— Хах, ладно-ладно, это прозвучало круто. Ха-ха. Мы тут с общими целями, не будем ссориться.

Шен криво усмехнулся.

— Знаешь такое выражение: «Друг моего врага — мой враг»?

Ер растерянно почесал в затылке.

— Кажется, там было немного по-другому.

— Нет, Ерушка, в нашем случае — именно так.

Повисло тягостное молчание.

— Да дай ты уже мне эту конфету перемирия! Хватит меня пугать! — вспыхнул Ер.

Шен пристально посмотрел на Ера, а затем хохотнул.

— Бери, коль подавиться не боишься.

— Спасибо! — раздраженно воскликнул Ер и заграбастал сразу жменю конфет.

Пока Ер уплетал конфеты, Муан уточнил вслух:

— Так это перемирие?

— Спустимся поглубже — а там посмотрим, — с улыбкой, при виде которой у человека чувствительного начало бы сводить живот, отозвался Шен.

Ер оторвался от конфет и вскинул на него взгляд, но предвкушающая расправу улыбка сменилась на обычную, и он ничего не заметил.

— Ты сказал «спустимся поглубже»? — буркнул Ер, дожевывая конфеты. — И как именно? Нашел выход?

Шен отдал оставшиеся конфеты Муану и поднялся. Все следили как он медленно идет к пруду, а затем так же медленно заходит в воду. Пруд был неглубокий: Шен дошел до центра, а вода все еще была ему по колено. Затем он нагнулся и принялся пристально изучать дно. Через полминуты, разогнувшись, он повернулся к Еру и воскликнул:

— Ты почему сразу не сказал, что тут стеклянное дно?

— Стеклянное? — искренне удивился Ер. — Я решил, что это потолок в воде отражается.

— А идеально ровная поверхность тебя не смутила?

— Нет, не смутила, — смущенно буркнул Ер, отведя взгляд.

— Думаю, можно попытаться пробить его, — обратился уже к Муану и девушкам Шен и резко топнул ногой.

Ничего не произошло. Тогда старейшина пика Черного лотоса обнажил Смертельное лакомство, вложил в меч побольше духовной энергии, так, что та даже стала видимой невооруженным взглядом — черные вихри окутали лезвие, и с размаху всадил меч в стеклянную поверхность. Тот легко вошел в стекло на одну треть. Несколько секунд ничего не происходило, затем от лезвия по дну зазмеились трещины, а еще через мгновение Шен вместе с потоком воды провалился вниз.

Муан и остальные вскочили и бросились к берегу. Пруд был небольшой, поэтому вода исчезла за несколько секунд. Перегнувшись через остатки стекла, Муан посмотрел на мокрого, но довольно улыбающегося Шена, стоящего на твердом каменном полу и махающего им спускаться.

Они оказались посреди коридора, выложенного из серых плит. Через каждые несколько метров те разбавлялись колоннами с вязью то ли орнамента, то ли древних письмен. Голубой свет давали шары, что держали в пастях жутковатые твари, смахивающие на выпучивших глаза саблезубых ророку.

Шен посмотрел наверх — место, откуда они свалились, осталось в кромешной темноте.

— Наверное, теперь те растения не выживут, — вздохнул он.

— Лучше б тебя так волновало, выживу ли я! — фыркнул Ер, отряхивая мокрые одежды.

Шен его проигнорировал. Вместо ответа он достал из рукава талисман и прилепил к груди. Влажная одежда тут же высохла.

Ер вытаращился на него, его глаза увлажнились от детской обиды. Шен посмотрел вопросительно, сделав вид, что не понимает.

— Д-дай мне талисман, — страждуще протянул руку Ер.

— Этот? — Шен снял с одежды талисман огня и покрутил в пальцах. Талисман вспыхнул и пеплом осел на пол. — Он одноразовый.

Ер проводил оседающий пепел скорбным взглядом.

— Ладно, идемте, — произнес Шен, наугад выбрав направление.