Читаем Злодейский путь!.. [том 7-8] полностью

«Да какого дьявола, Система?! Мы ведь с ним оба злодеи! Почему все девушки липнут к нему?! Это потому, что он — главный злодей, а я — второстепенный?!»

Система ожидаемо не отозвалась.

— Может, на время найдешь себе другой объект для развлечений? — шепнул ей на ухо Шен.

Ему уже становилось совсем уж неловко. Трудно было бы объяснить всем присутствующим, что у них просто так заведено обращаться друг к другу и отношения здесь ни при чем. Хорошо хоть Муан все понимает и… Шен обернулся к мечнику. Смотрел тот очень недобро.

Шуэр присел на край кровати и нагнулся к Шиану, вгляделся в его болезненно-бледное отрешенное лицо и тяжко вздохнул. Распрямившись, он обернулся к стоящему у стола старейшине Загу.

— Он скоро очнется?

— Я позаботился о том, чтобы глава находился в состоянии покоя.

— Но вы можете его разбудить? Обстоятельства требуют его вмешательства.

Заг удивленно приподнял кустистые брови, вздохнул с таким видом, словно нерадивый ученик задал неуместный вопрос на лекции и принялся пояснять:

— Я замедлил процессы в его организме, что позволит отсрочить момент, когда его сердце остановится. Да, я могу его разбудить, но для этого придется восстановить скорость его кровообращения. Я не смогу погрузить его в состояние покоя обратно, подобные скачки негативно скажутся на организме. К тому же, если я разбужу его сейчас, боюсь, в таком случае частицы лотоса станут соединяться активнее. Его время значительно уменьшится.

Шуэр нервно переплел пальцы и, установив локти на коленях, опустил голову к рукам и принялся постукивать ими по лбу, пребывая в тревожной задумчивости. Затем распрямился, обернулся к Шиану, вновь отвел взгляд, уставившись в пол.

Рискнуть, разбудив его, и тем самым уменьшить время, доступное Шену для поисков цветка? Или оставить все как есть и сказать Ю Си правду? Но что может сделать Ю Си, если узнает, что орден РР остался без лидера? О беспощадности Ю Си Шуэр знал не понаслышке. Если указ императора будет некому принять — орден РР сбросят со счетов. Шуэр не знает всей обстановки в ордене, не может принимать стратегические решения, но если б это было поле боя, и если бы он сам был на месте Шиана, он предпочел бы бороться до последнего вздоха.

Шуэр выпрямился, на мгновение прикрыл глаза, сделав глубокий вдох, а затем твердо посмотрел на Зага и произнес:

— Будите его.

Ал все еще продолжал прятаться за деревьями, поглядывая на браво застывший на площади отряд контрольного бюро и смутно размышляя, что ему делать дальше. Не то, чтобы у него был какой-то план, когда он решил полететь в черный замок к Шену, а теперь, когда выяснилось, что того там нет, представление о дальнейших действиях смешалось окончательно. Можно сказать, что, по крайней мере, он знал наверняка, что хочет его увидеть. Долгое время Шен был его единственной точкой опоры и теперь, когда Ал внезапно стал полностью свободен в своих действиях, он ощущал не окрыляющую свободу, а окончательную потерянность.

Ему очень хотелось чему-то принадлежать, и, находясь в месте, которое почти четыре года было его домом, он с удивлением чувствовал не былую ненависть, раздражение и обиду, он ощущал странную тоску из-за того, что больше не может назвать себя частью всего этого. Больше он не будет скучать на теоретических занятиях в лектории, скорее следя за тем, как старший преподаватель Ван крутит в кряжистых пальцах тонкую бамбуковую тросточку, чем за ходом его лекции; не будет слышать подколов со стороны соучеников пика Таящегося ветра, неуклюже маскирующих свое любопытство о жизни Ала в качестве личного ученика ужасающего старейшины за неказистыми поддевками и оскорблениями; не придется больше видеть и томных взглядов соучениц, направленных в его сторону, а также быть предметом их склок и тайно наслаждаться этим раздором; и уж конечно, не придется караулить у черного замка в надежде, что учитель заметит его и пригласит на чай.

Это все было не так уж и плохо, хах? Отчего же он совсем не ощущал, что привязался к этому месту?

Когда-то он не мог выдавить из себя лишнего слова в общении с Шеном. Ему казалось, что особо ничего не изменилось. Ему все также было сложно выражать свои мысли рядом с ним. И все же, сколько всего Ал успел ему наговорить за это время! Иногда они довольно свободно беседовали. Ал и не заметил, как рядом с ним из зажатого подростка превратился в довольно уверенного в себе парня. Того, кто смел бросить вызов старейшине Муану. Того, кто наедине говорил с Демнамеласом.