— Тогда давай посмотрим, что у нее есть, — говорит он, делая шаг назад, и на этот раз я делаю то же самое, позволяя Калли сделать свой снимок в одиночку.

Она промахивается на милю, и ее плечи опускаются в знак поражения.

— Я промахнулась, — вздыхает она.

— Не так сильно, как твой брат, когда он попробовал это в первый раз, — говорит Деймон, подходя к ней.

— Пошел ты, как будто ты это помнишь, — рявкает Нико.

— Как будто это было вчера, чувак, — шутит в ответ Деймон. — Попробуй это вот так.

Я стою в стороне и наблюдаю, как Деймон показывает Калли другой трюк для попадания в цель, и в следующий раз, когда она пытается, она чуть не подрезает доску.

— Я почти сделала это, — взволнованно визжит она.

— Стелла, возьми это, — говорит Деймон, вытаскивая пистолет из-за пояса и проверяя обойму.

— Ты уверен?

— Конечно. Кажется, ты знаешь, что делаешь. Я доверяю тебе.

— Ха. Ты слышал это, Нико?

Нико отстраняет меня, ясно слыша каждое слово из этого.

— Так приятно, когда тебе доверяют без необходимости сначала угрожать чьим-то яйцам, — бормочу я, останавливаясь в нескольких футах от Калли, чтобы я могла стрелять.

Деймон фыркает от смеха, но отступает, чтобы позволить нам стрелять.

Я быстро использую пули, которые были заряжены в пистолете Деймона, прежде чем стоять там, наблюдая за Калли, впечатленная ее улучшением за такой короткий промежуток времени.

Я заглушаю болтовню мальчиков позади нас и сосредотачиваюсь на Калли.

Хотя я не настолько отвлечена, чтобы пропустить приближение остальных.

Задолго до того, как я слышу их рокочущие голоса, я чувствую его.

Мою кожу покалывает от осознания этого, и бабочки вспыхивают у меня в животе.

Я понятия не имею, как он собирается реагировать после того, что произошло ранее. Но, думаю, я вот-вот узнаю.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Себастьян

— Скажи мне, что у тебя что-то есть? — Требую я, сидя перед столом босса.

Я намеревался остаться со Стеллой, я почти уверен, что ясно дал это понять, но в ту секунду, когда она захлопнула дверь у меня перед носом, я вернулся в машину, и этот адрес слетел с моих губ.

Если я не мог быть там, чтобы защитить ее лично, тогда мне нужно было что-то сделать.

Насколько мы знали, ее нападавший сидел в засаде, наблюдая за домом, выжидая своего часа.

Мой желудок скручивается, когда я думаю о том, что он был в ее комнате, чтобы украсть ее нож.

Что, если он знал, что мы придем, и ждал ее? Что, если он уже добрался до нее?

— Ничего, — вздыхает Дэмиен.

— Это чушь собачья, — выплевываю я, зарабатывая себе приподнятую бровь от босса. — Восемнадцатилетнюю девушку не просто ударили ножом, и ублюдку это сошло с рук.

— Они работают, и ты это знаешь.

— Но он это спланировал. Он должен был где-то облажаться.

— Не то, что мы можем найти. В полицейских отчетах нет никаких отпечатков пальцев, кроме ее и твоих… — Кое-что, что мне пришлось объяснить через несколько дней после поножовщины Стеллы. — Нет никаких других доказательств, которые могла бы найти полиция или наши контакты. Но это не значит, что он не облажается.

— Я чертовски этому не рад, — говорю я ему, точно зная, что он имеет в виду под этим комментарием.

— Что ж, тогда, наверное, хорошо, что у тебя нет выбора.

Позволяя долгому, разочарованному вздоху слететь с моих губ, я откидываюсь на спинку стула.

— Итак, каков план?

— Пока ничего не решено, но ей нужно выйти. Нет смысла запираться в доме. Мне нужно, чтобы ты сделал ее мишенью, тогда мы поймаем этого ублюдка.

Воспоминание о ее безвольном, безжизненном теле в моих руках снова поражает меня.

— Я не уверен…

— Просто делай свою работу, Себастьян. Мы поймаем этого ублюдка и уложим все это спать. Нам всем пора двигаться дальше.

— Вот так просто, да?

Дэмиен проводит рукой по лицу.

— Я знаю, ты все еще злишься, сынок. Но мы были в разгаре войны, и то, что произошло в тот день, не было преднамеренным. Твой отец был под перекрестным огнем.

— Мы живем опасной жизнью. В конечном счете, некоторые заплатят за это.

Я киваю, комок в горле слишком велик, чтобы даже пытаться говорить.

— Гален отсидел свой срок. Тебе не кажется, что, может быть, тебе стоит дать ему немного поблажки? Мне кажется, он принес тебе кое-что в качестве извинения. — Бровь Дэмиена удивленно приподнимается.

— Это не имеет никакого отношения к Стелле, — шиплю я.

— Не так ли? Поправь меня, если я ошибаюсь, но всего несколько недель назад именно так ты и играл.

— Ты знал, — выдыхаю я.

— Конечно, я знала. Я также знаю, что она достаточно сильна, чтобы принять твою чушь и вернуть тебе твою задницу на блюде.

— Но…

— Но ничего, Себастьян. Теперь иди и забери свою девушку. Пригласи ее, покажи ее и поверь, что мы вас прикроем.

Как моего отца. Слова вертятся у меня на кончике языка, но я сдерживаю их.

Дэмиен уже сказал свое слово; повторение этого — просто верный способ разозлить его. И этот ублюдок — страшный ублюдок, когда он счастлив, не говоря уже о чем-то еще.

— Доверься нам. Доверься своим братьям, — повторяет он, как будто может читать мои мысли.

— Я посмотрю, что я могу сделать.