Читаем Журнал Наш Современник №3 (2001) полностью

Прощаясь с Вадимом Валериановичем, мы можем только просить его простить нас за те невольные, безусловно, невольные — я говорю от имени присутствующих — неприятности, которые мы могли ему причинить, с умыслом мы этого не делали никогда.

Спасибо ему, низкий поклон и благодарность за все.

Л. Бородин

Из наших времен не так уж много имен останется в истории по достоинству, а не по суете. О ком-то скажут — известный деятель советского периода, о ком-то — известный деятель постсоветского периода. Имя Вадима Валериановича Кожинова с временами будет связано лишь чисто биографически. Его имя останется в истории тысячелетней русской культуры наравне с теми именами, каковые мы открываем для себя в первых наших уроках познания и которые остаются в нашем сознании до конца нашей жизни. Человек величайшего напряженного духовного поиска — таким он будет открываться новым поколениям. Человек редчайшего благородства — таким запомнят его все лично знавшие.

Ф. Кузнецов

Буквально днями мы разговаривали с Вадимом Валериановичем, и я уговаривал его поехать в Николу, в Тотьму на 65-летие Николая Рубцова. Он сказал: “Я неважно себя чувствую, но здесь, в Москве, буду обязательно на рубцовском вечере”. И вот, внезапно, пришла весть.

Существует такое понятие — неформальный лидер. Так вот, Вадим Кожинов был неформальным лидером того направления в нашей общественной мысли и деятельности, которое неразрывно связано с идеями патриотизма и государственности. Практически этим задачам были посвящены все его научные штудии, его книги, его статьи, его выступления.

Именно с уходом таких людей, как Вадим Кожинов, — уходит ХХ век. Масштаб личности, мысли и деятельности Вадима Кожинова говорит о том, что это был не такой уж плохой и, вместе с тем, не такой простой век. Грядут новые люди, новые песни… Дай Бог, чтобы те, кто придет, были достойны таких людей, как Вадим Валерианович Кожинов.

В. Ганичев

После каждого человека остается незаполненное темное пространство... Но пространство, которое осталось после ухода Вадима Кожинова, останется незаполненным навсегда, потому что то, что он делал — мог делать только он один!