Читаем Жнец (СИ) полностью

Я после ужина успел свою винтовку почистить, сейчас другой боец моими чистящими средствами своё оружие приводил в порядок, остальные в очереди, и сейчас пользуясь моментом, беря из кармана патроны, я снарядил расстрелянный у колонны магазин, и убрал его также в карман, в подсумках места для него не было. Когда я закончил, с заметным шумом вернулись бойцы с тремя гостями. Ну как я и думал, наши и есть. Один сразу привлекал внимание, комбинезон, перетянутый ремнями, и лётный шлемофон, лётчик, и судя по виду сбитый. По кубарям определил, что тот старлей. Двое других были красноармейцами. Причём одного я знал, да это один из комендачей что обыскивали и осматривали подворье где меня по голове отоваривали. Про этот случай я не рассказывал, позорится не хотел. Тот меня тоже узнал и обрадовался, слегка улыбнулся и кивнул. Пригласив тех к столу, хлеб и сало осталось, немного, но троих накормить смогу, правда, теперь запасов не оставалось. Пока те с жадность ели, я смог их расспросить, это не допрос был, вон как старлей глазами крутит. Уже определил, что он тут старший по званию, и явно строил на нас планы.

Лётчик оказался истребителем. Но это можно было предположить, раз один, а не с членами своего экипажа, если бы тот был пилотом бомбардировщика. Сбили его в обеденное время, благо приземлился у своих, и тот двигался в колонне на машине с бойцами из комендантского взвода, когда колонну атаковали сначала с воздуха, а потом и из засады. Кто выжил, разбежались, эти вот втроём шли. Второй боец тоже был из комендатуры, телефонистом оказался. Оружие было у всех, не растеряли. А вот с патронами совсем беда, по два-три у бойцов, лейтенант так пустой. Я поделился с бойцами, выдал на каждого по пятьдесят патронов. Кстати, один из бойцов тоже ни шинели, ни сидора не имел, в машине остались. У второго бойца хоть скатка сохранилась. Для них обстрел из засады тоже оказался неожиданным, себя спасали, о вещах не думали.

Когда те поели, и даже попили горячего чая, для них воду повторно вскипятили, старлей сразу взял слово, и понятное дело, что мне его решение мне не понравилось, тот решил взять всю нашу группу под своё командование как старший по званию, причём он даже и не помышлял о непослушании. Это он зря, я намекнул что может в воздухе он и ас, а тут всего лишь обычный, даже не особо хороший боец. Специфика не та. Тот сразу разорался, требуя соблюдения устава, и что примечательно, бойцы встали на его сторону, а Ковин ещё, гад, мне мой же устав показал, потыкав в него пальцем. Ну да, тут я не прав, возражая старшему по званию. Что ж, будем выполнять приказ, как тот и скомандовал. Хрен с вами. Интересно, а что есть они будут? Сами за ним пошли, вот пусть он и кормит, я теперь лично ни крошки не выдам из своих запасов, исключая те что в сидоре были. Именно были, потому как там кроме заварки, лишь баночка мёда осталась, и то почти пустая. Мёд я любил. Подумав, я даже пришёл в хорошее настроение, и подложив сидор под голову, каска рядом лежала перевёрнутая, стал насвистывать. Это заметили. Старлей показав кто тут старший, сразу развёл власть, командуя, узнавал кто что имеет, и заметно посмурнел выяснив, что последние крохи продовольствия как раз они съели. По оружию и боеприпасам также было, мало, единственный вещмешок у меня. Ладно хоть у одного из бойцов что с ним пришли, скатка сохранилась, как я уже говорил. Свою шинель я отдал нашему военфельдшеру на ночь.

А сейчас один из бойцов поинтересовался таким моим приподнятым настроением, вот я и ответил:

– Да понимаешь, я внезапно осознал, что готов был в лепёшку разбиться, но вытащить вас к нашим, целыми и невредимыми, такую задачу себе поставил, не самую лёгкую. А с новым командиром задача с меня снята, и теперь он о вас заботится должен. Бойцы, которые вроде как считаются моими, показали, что моими так и не являются, и по сути своим решением сняли с меня обязанности заботится о них. У вас теперь новый командир, он вас будет кормить, снабжать всем что необходимо, ну и обеспечит безопасный выход к нашим. С меня снято всё это, чем не причина для хорошего настроения?