Читаем Жнец (СИ) полностью

Тот забрал документы, а вот зенитку сам решил проверить, забрался в кузов и вынужден был признать, что я был прав, пулемёты не восстановить, побита та была капитально. Похоже немец бронебойными по ней садил. Вытирая руки, то спустился и стал отдавать приказы. Водитель выгнал машину, мы подняли борта и загрузили в кузов ящики с патронами, только два ненужных остались в капонире, да пустые цинки со стрелянными гильзами. Свои вещи закинули, и аккуратно положили забинтованного Гаврилова. Тот в сознании был, матерился от наших неловких движений. Никто так и не заметил, что ни моего сидора, ни скатки шинели среди вещей не было, я их в кольцо убрал чтобы не посеять. Места мало, но всё же мы медленно, чтобы не растрясти раненого, покатили к дороге. Парни, пока мы выбирались на дорогу, просветили меня что сержант задумал. План такой, моста нет, защищать нечего, значит нужно возвращаться к нашим и доложить. Сейчас к мосту подъедем, возьмём до предела раненых и едем в Кобрин. Сдаём раненых в госпиталь, сообщив что у моста ещё есть раненые, чтобы машины выслали, всех мы не возьмём, и уже докладываем нашим. Там дальше нашу судьбу командиры будут решать, это их работа.

Так всё и было проделано, я лишь одно рацпредложение сделал, подножки у кабины свободны и держась за дверцу можно ехать так стоя, чтобы освободить ещё место для раненого. И вот так для одного действительно освободили. Я, и ещё один из наших, заряжающий, устроились на подножке и медленно покатили в сторону города. Второй заряжающий сидел в кузов, за ранеными приглядывал. Мы четверых смогли взять, больше не помещались, ещё девять остались у моста на разбитых позициях. И да, та колонна, что подошла на рассвете, уже отбыла, развернулась и уехала. Тут где-то брод есть, надеюсь те знают где. А так дорога чуть больше часа заняла, пока мы не добрались до поста на окраине города. Вся вода, а мы заполнили фляжки, ушла, пока раненых везли. Им же и пошла. Постоянно пить хотели, раза четыре вставали чтобы их напоить. Тут на посту об уничтожении моста ещё не знали, удивлялись что колонны прекратили появляться, но думали немцы дорогу перерезали и вот-вот к городу прорвутся, так что привезённая нами информация была к месту, лейтенант, старший обороны, тут же по телефону связался с вышестоящим командованием и передал те сведенья что узнал от нас. А то тут спешная эвакуация шла, чуть ли не до паники доходило.

Дальше поста нас не пустили. Водителю выдали сопровождающего, что знал где находится медсанбат, госпиталя тут не было, и те укатили, а мы устроились на свободной площадке рядом с постом, и фактически отдыхали, загорая. А дорога на подножке серьёзно выматывает, так что нам с напарником требовался отдых, и мы ему обрадовались. Дали нам всего минут двадцать, пока сюда не приехала пара «эмок» и три грузовика. Тут же и наш комиссар обнаружился, нашего учебного зенитного дивизиона. Нас построили, и после этого когда сержант доложил все перипетии ночного боя, генерал-майор, что и прикатил сюда со свитой, похвалил нас, после чего кивнул нашему комиссару, тот старшим политруком по званию был. Дал ему слово. Сначала тот небольшую политинформацию завернул, а вот дальше уже интереснее стало:

– Товарищи курсанты, наше командование высоко оценило ваши боевые качества, поэтому командующим нашим военным округом был подписан приказ о досрочном выпуске ряда училищ, в список которых попало и наше. С присвоением воинского звания младший сержант, ВЫ, товарищи курсанты, будет направлены в действующие части. Это всё.

Мы в ответ, как и положено рявкнули благодарственное слово, после чего нас распустили. Некоторые бойцы были озадачены, причины были, ладно не сержанта получили, но мы проучились всего полгода. Обычно досрочно выпускают за месяц, ну два, но не так недоучившимся. Видимо командование решило, что на месте нужный опыт и знания получим. Ну не знаю, меня эта афера как-то в сомнение вводит. Хотя тут причина может быть куда банальнее. После первых суток, когда немецкая авиация вбивала наши аэродромы в пыль, мизерное количество зенитной артиллерии сказалось. И вот нас так быстро решили аттестовать и хоть кого-то отправить в войска.