Читаем Жнец и Воробей полностью

Я снова тасую карты. Держу свой вопрос в голове и достаю первую карту.

Башня.

— Твою мать, бабуля. Угомонись уже.

Наполняю легкие глубоким вдохом, тереблю край карты и смотрю на площадь за дверью моей палатки. Пора уходить отсюда. Забыть о произошедшем. Переодеться и подготовиться к предстоящему выступлению в шатре. Проехаться по «Шару смерти» на мотоцикле с двумя другими исполнителями. У меня нет права на ошибку, мне нужно быть сосредоточенной. Но муж Люси всё ещё находится в поле моего зрения. И тут Базиль проходит мимо. Буду считать это знаком.

— Баз, — рявкаю я, останавливая подростка на полпути. Он долговязый, загорелый и испачкан мазутом. — Иди сюда.

Его глаза буквально искрятся. Губы растягиваются в улыбке, показывая отсутствие нескольких зубов.

— Это тебе дорого обойдется.

— Я ещё даже не сказала, чего хочу.

— Всё равно это тебе дорого обойдется.

Я закатываю глаза, и Баз ухмыляется, входя в мою палатку как типичный дерзкий пятнадцатилетний подросток. Я киваю в сторону ярмарки.

Он следит за моим взглядом.

— Видишь мужика в клетчатой рубашке, который стоит рядом с таверной «Бриолин»?

— У которого башка, как яйцо?

— Да. Мне нужны его документы. Водительские права. И двадцать баксов из бумажника.

Внимание База приковано к моим рукам, когда я убираю карту с Башней обратно в колоду.

— Я не вор. Я волшебник, — говорит он, и, взмахнув ладонями, достает цветок из рукава. — Единственное, что я краду, — это сердца.

Я закатываю глаза, и Баз улыбается, протягивая мне цветок.

— Я знаю. Но Яйцеголовый вор. Он только что украл у меня двадцать баксов, и я хочу, чтобы ты вернул их его жене. Которая со светлыми волосами и в голубой майке, — я киваю в сторону Люси, которая в одиночестве направляется к киоску с угощениями.

— Во время шоу с ней в шатре будут трое детей. Верни ей деньги, а мне принеси права.

Баз смотрит на меня, прищурившись.

— Что бы ты ни задумала, я могу помочь, ты же знаешь.

— Ты поможешь. Когда принесешь права.

— Я сделаю это бесплатно, если разрешишь мне помочь.

— Хрен тебе, малявка. Твоя мама подвесит меня за ключицы. Просто достань мне права. Я куплю тебе комикс про Венома.

Баз пожимает плечами. Ковыряет носком ботинка в примятой траве, стараясь делать вид, что ему всё равно.

— У меня их уже много.

— Но не из серии «Темные начала».

Баз переводит взгляд на меня. Я пытаюсь сдержать улыбку от восторга, который он не может скрыть.

— Я знаю, что тебе не хватает последних двух. Я подарю.

— Ладно… Но ещё я одолжу твой надувной бассейн.

Я морщу нос и наклоняю голову набок.

— Хорошо… наверное…

— И бананы.

— Хорошо.

— И ананас. И ещё какие-нибудь палочки, который кладут в коктейли.

— Ты не обнаглел? — другие циркачи и сотрудники часто посылают меня за разными вещами или вкусностями в городах, где мы останавливаемся, ведь у меня есть второй автомобиль, на котором можно выехать за пределы цирка. И мне не нужно переворачивать с ног на голову весь свой дом, чтобы просто сходить в магазин. Но у меня всегда просят одно и то же. Презервативы — часто. Тесты на беременность — тоже. Овощи по сезону. Свежие круассаны из местной пекарни. Книги. Виски. Но…

— Ананас?

— Мама сказала, что подарит мне игровую приставку, когда у нее наконец-то будет отпуск. Но вряд ли это когда-нибудь случится, поэтому я решил устроить ей отпуск сам, — Баз скрещивает руки на груди и принимает боевую стойку, как будто собирается вступить в бой. — Согласна или нет, Роуз?

Смягчившись, я протягиваю руку в его направлении.

— Договорились. Только будь осторожен, ладно? Яйцеголовый тот ещё мудак.

Баз кивает и пожимает мне руку, а затем уходит, отправляясь выполнять свою миссию. Я наблюдаю, как он прокладывает себе путь среди детишек с попкорном, сахарной ватой и мягкими игрушками, и мимо подростков, болтающих о лучших аттракционах, а также парочек, которые выходят из «Дома с привидениями» и смущенно смеются над тем, как сильно наши актеры напугали их. Я обожаю эти моменты в цирке «Сильверия», который уже стал моим домом. Моменты волшебства, какими бы незначительными они ни были.

Но сегодня единственное волшебство, которое меня манит, — темное и опасное.

Я наблюдаю, как Баз приближается к двум мужчинам. Мое сердце бешено колотится, когда он подходит к мужу Люси сзади и достает его бумажник из заднего кармана, пока тот смеется. Баз чуть-чуть разворачивается, ровно настолько, чтобы открыть бумажник и вытащить права. Потом достает деньги и засовывает их в свой карман джинсов, затем делает ещё один поворот. За одно мгновение бумажник снова оказывается в кармане мужчины.

Схватив свою колоду таро и Селенит, я выхожу из палатки, на ходу меняя табличку «ОТКРЫТО» на «ЗАКРЫТО», понимая, что потеряла клиента, увидев, как к палатке приближается женщина с двадцатидолларовой купюрой, зажатой в пальцах. Я замечаю мимолетную вспышку разочарования на её лице, но База держу в поле зрения. Он тоже смотрит на меня. Мы проходим мимо друг друга, когда я направляюсь к своему фургону. Я почти не чувствую этого, замечаю только потому, что знаю, чего ожидать. Легкое прикосновение к моему бедру.