Читаем Живые полностью

Когда Таис проснулась во второй раз, солнце стояло довольно высоко. Распахнутая входная дверь впускала теплый, вкусно пахнущий морем воздух, а солнечные пятна на досках лежали прочно и уверенно. Таис сразу поняла, что это именно солнечные пятна. Такие теплые и светлые, радостные и яркие.

Где-то за головой стучала посудой мама Найда, а на лестнице устроился Вар. Он болтал ногами и бросал вперед мелкие камешки, лежавшие рядом с ним на досках. Федор уже проснулся и сидел на краю матраса, протирая глаза и оглядывая ставшую вдруг незнакомой и удивительно интересной комнату.

Деревянные коричневые стены, сложенные из вертикально поставленных досок, казались темными и какими-то… простыми, что ли. Никакого пластика не было и в помине, только дерево и камень. Деревянные полки, сложенный из камней очаг. Деревянные двери и лестница, у стены каменная столешница, на которой мама Найда что-то резала большим ножом.

Глиняные плитки на стене у раковины – коричневые и бугристые. Вдоль всех стен – длинные ряды деревянных полок, заставленные разными инструментами, продуктами в бумажных мешочках и глиняной посудой. И еще смешной цветной коврик, сделанный, видимо, из остатков пряжи.

– Ну и как вам спалось на матушке-Земле? – спросила мама Найда.

И Таис улыбнулась. Как странно и в то же время как хорошо она назвала Землю. Матушка. Ни у нее, ни у Федора никогда рядом не было матушки. Ни матушки, ни батюшки. Никого из родных. Только Мартин-Моаг, который даже во сне приходит, когда чудятся кошмары.

А теперь – нате вам. Появились сразу две матери. Матушка-Земля и мама Найда. Хорошо ли это?

Посмотрим. Мы еще посмотрим.

Таис поднялась и, не надевая носков, вышла на небольшую терраску к сидящему на ступеньках Вару. То ли солнце успело согреть камни, то ли погода стала потеплее, но пронизывающего неприятного ветра не было и в помине. Ласковое тепло окутывало, охватывало и заставляло блаженно улыбаться.

Даже грозное далекое небо засияло удивительно яркой голубизной, рассыпая вокруг брызги хорошего настроения.

Ладно, значит, матушка-Земля всегда меняется, и невозможно предсказать, какой она будет на следующий день. Вчера она казалась злой, холодной и неприятной. И даже красота ее не только завораживала, но и пугала до странной пустоты в желудке.

А сегодня – на тебе. И солнышко, и тепло, и ясная доброта. Такая, что видно каждый камешек в округе, каждую трещинку в серых боках валунов и каждую птицу, проносящуюся над головой.

– Это чайки, – охотно пояснил Вар, перехватив взгляд Таис.

– И что они делают?

– Просто живут. Чайки тоже живут здесь. Они питаются рыбой.

Первый раз в жизни Таис видела птиц вживую, а не на экране, и поэтому она все задирала и задирала голову, силясь рассмотреть в высоте это чудо. Вышел Федор и тоже озадачился:

– Это что? Настоящие птицы, что ли?

– Вот это вы дикари! – удивился Вар, подскочил, подпрыгнул и крикнул в проем двери: – Мама Найда, представляешь, они никогда не видели чаек!

– Где же им было их видеть, если они всю жизнь торчали на орбите? – миролюбиво ответила мама Найда и тут же позвала всех за стол, сказав, что еда готова и надо есть, пока все горячее.

Вчера от сильной усталости и голода Таис не особенно вникала во вкус того, что ела. Еда провалилась внутрь и не вызвала никаких ощущений, кроме сытости и теплоты. Но сейчас, снимая двумя пальцами поджаристую корочку с рыбы, Таис с удивлением обнаружила, что ей нравится запах белого, сочного мяса, истекающего жиром. Нравится его вкус, и вообще здешняя еда вдруг оказалась гораздо более насыщенной, богатой различными оттенками вкусов и такой… такой…

Как будто она гораздо лучше насыщала, эта еда с планеты Земля. К рыбе была горячая белая картошка, рассыпающаяся в руках и удивительно вкусная, если посыпать солью. И толстые лепешки, поджаренные в высокой сковородке и тоже покрытые маслом.

– Ешьте, ребятки, ешьте, – приговаривала мама Найда. – Вар сегодня наловит еще рыбы. А я сделаю картофельные оладьи и супчик сварю с картошкой и луком. Пальчики оближете. Вар у нас отличный рыбак, жаль только, что сам не ест свой улов.

Федор тут же принялся расспрашивать о рыбалке и о том, что обычно делает мама Найда в свободное время.

– Да что тут делать? Готовлю еду да тку коврики потихоньку. Вар убирает и рыбу ловит. Еще время от времени наведывается на Могильник, ищет подходящие платы, которые мы после меняем у нелегалов на муку и еще кое-какие овощи с их острова. У них на острове гораздо больше растет еды, чем у нас тут.

– Да, – тут же подхватил Вар. – Платы нам для жизни нужны. Чтобы обменивать на продукты. А людей на Могильник не пускают блокираторы, я вам об этом уже говорил.

– А когда вы работаете на роботов? – уточнил Федор.