Читаем Живущие дважды полностью

Дик уже вступил на первую ступеньку лестницы. Следующим на неё должен взойти Артур. Толпа тем временем захлестнула основание лестницы, и пробиться назад стало нелёгкой задачей.

Артур сделал шаг в сторону и начал спокойно прощаться:

— Дик, я совершенно забыл, что меня ждут сегодня в «Нарциссе». Пройдёте внутрь — займите место на меня. Я через часик вернусь. Если ничего не случится… — загадочно добавил он.

— Всё никак не расстанешься со своей американкой? — Дик хмыкнул, а Лили кокетливо тряхнула головой.

Артур пожал плечами — дескать, всё может быть — и настойчиво повторил:

— Чао, детки…

Незнакомый молодой парень в дорогом твидовом костюме, с глубокими, почти болезненными подглазинами оттеснил Артура плечом, занимая его место. В другой раз Артур бы незамедлительно проучил нахала, но сейчас был даже рад такому обороту дела.

Повертев ключами в знак прощания, он скромно, как и подобает человеку, который не мыслит себе жизни без машины типа «феррари», прошёл к своему автомобилю и с рёвом исчез в конце улицы под уважительные взгляды очереди.

Обстановка перед «Нарциссом» мало чем напоминала шумный ералаш у дверей модного «Мьюзикла». Вдоль тротуара почти не было дешёвеньких «пежо», «ситроенов», «фольксвагенов». Надменно, как бы самостоятельно, а не друг за другом, стояли «мерседесы», «альфа-ромео», «порше». Артур аккуратно и тихо поставил свой «феррари» перед вишнёвого цвета огромным «мерседесом-600», за рулём которого чинно восседал негр-шофёр в форменной фуражке.

Артур огляделся.

«Слава тебе, господи, ни одного „феррари“ больше нет! Моя старушка не будет выглядеть на их фоне старомодной колымагой!»

Он вышел, тщательно, не торопясь запер дверь машины, исподлобья продолжая разглядывать стоящих у дверей «Нарцисса». Подъезд стрипхолла заливали ослепительным огнём вмонтированные в козырёк квадратные плафоны. Свет был настолько сильным, что казалось — исходил от серебристого асфальта, с трёх сторон обступившего мраморный пол. Мрамор нырял под стеклянную дверь в небольшое фойе, задрапированное в чёрно-красный бархат.

Артуру стеклянная дверь представлялась непроходимой стеной, за которой нет ничего, и люди, выходящие оттуда, просто лгут, что они там что-то видели и что им весело. Артур ни разу не был в самом зале, хотя проводил у дверей «Нарцисса» три вечера в неделю.

Очереди как таковой не существовало. Парами, по четверо гости стояли вдоль стен и рассматривали огромные стенды с голыми девочками, носившими громкие и фальшивые имена, улыбавшимися фальшивыми улыбками.

Знакомых пар было три. Одна замерла у самых дверей. Эта пара сразу же перестала интересовать Артура. Приблизительно в середине очереди маленькую кошечку на кривых ножках обнимал Роберт, единственный наследник крупнейшего в городе текстильного короля. Они ворковали о чём-то, повернувшись к витрине, и Артур решил воспользоваться случаем и подойти к третьей паре.

С женщиной стоял мужчина неопределённого возраста и неопределённых занятий. Он никогда не говорил с Артуром о своих делах, — может быть, потому, что они никогда не встречались с ним внутри, в зале, а снаружи можно лишь говорить о таких несерьёзных проблемах, как велосипедные гонки или женщины. Мужчину звали Хуан. И это, естественно, было прозвище, ибо слишком испанское имя совершенно не к лицу блондину ярко выраженного арийского типа, да ещё с какими-то карими французскими глазами. При встречах Хуан утверждал, что они несколько раз пили вместе, когда ещё Артур выступал за команду «Фаемы» и когда в родном городе он появлялся каждый вечер, но не иначе как на голубом экране телевизора. Поэтому Хуан практически принадлежал тому миру Артура, миру ушедшему, и это было особенно ему дорого и приятно.

Он подошёл к Хуану.

— Добрый вечер, Артур, — сказал Хуан, протянув руку. И представил свою даму: — Милена.

Потом значительно громче, чем требовалось:

— Артур Лой, милочка, не кто-нибудь, а сам горный король!

Спутница Хуана жеманно потупила глазки и к удовольствию Артура произнесла:

— Я помню, как вас чествовали после третьего этапа «Тур де Франс». Это было… — Она никак не могла вспомнить название города, где финишировал третий этап, но Артур и так был удовлетворён.

— Ну стоит ли помнить такие мелочи, как победы на этапах!

— Пойдёшь с нами? — Хуан кивнул на дверь «Нарцисса».

— Знаешь, пожалуй, нет. Я обещал друзьям посидеть вечером в баре у Полли.

Хуан кивнул.

— Мы бы тоже пошли, но Милене нравится здесь одна девочка, и она хочет посмотреть на неё в работе. Вот та, черноглазая…

— Хуан, а ты становишься хитрецом! Черноглазая, наверно, нравится тебе, а ты приписываешь Милене. Ты как Анкетиль, тот всегда на старте заявлял, что ему наплевать на победу, но когда начинал крутить педали, то гнал машину как чёрт, только бы первым оказаться на финише.

Хуан засмеялся.

— Ну зачем же ты так, Артур, да ещё при Милене? — В его примирительном тоне что-то показалось Артуру подозрительным и настораживающим. И Хуан действительно не замедлил с ответным ударом.