Читаем Жить на свете стоит полностью

Ника растоптала окурок и задумалась. Значит, ключи пропали не сами по себе, их кто-то взял. И снова начинается та же песня – сиди и трясись, как бы кто не вошел и не придушил ее ночью. Очередная смена замков в квартире – как объяснить это хозяйке? И так с этим пожаром столько сложностей будет, а тут еще ставший в последнее время традиционным обмен ключами. И совершенно некого попросить о помощи. Артем улетел… его вообще пора вычеркнуть из жизни и забыть о нем, чтобы не причинять себе боли лишний раз. И Ирина – как быть с ней? Все хлопоты по уходу лягут на ее, Никины, плечи, это совершенно очевидно. Гавриленко? Ну нет – хватит с нее. Невозможно при каждом происшествии обращаться к нему за помощью, это уже выходит за рамки приличий, а Ника больше всего на свете боялась показаться навязчивой.

К тому моменту, когда пожар в квартире был потушен, Ника успела основательно продрогнуть, выкурить почти все, что было в пачке, и прикинуть примерную стоимость ремонта. Окно, кусок стены, пол, штукатурка, покраска, мебель, холодильник… Да еще и соседи снизу предъявят за ущерб, нанесенный при тушении пожара, понятно же, что их залило…

«Не отделаюсь одними отпускными, – тоскливо думала Стахова, примостившись на низком заборчике, как большая взъерошенная птица. – Хоть кредит бери…»

Мысль о кредите не особенно порадовала. Теперь, когда Масленников уехал, неизвестно, что будет с «Хроникером», какой придет главред, оставит ли старых журналистов или предпочтет набрать новый штат. А уж что новому наплетут о ее связи с Масленниковым, так это к гадалке не ходи, доброжелателей в редакции у Ники хватало. И статья в издании Яблокова… Так что вопрос о работе в ближайшее время мог встать довольно остро.

– Вот я попала, – пробормотала Ника, тоскливо глядя на почерневшую стену вокруг бывшего окна кухни. – Ну, положим, пожить я смогу пока у Ирки, но ремонт! Как мне из этого выбраться?

Скомкав пустую пачку, Ника бросила ее в стоявшее рядом ведро, заменявшее урну, и побрела домой.

Остаток дня она провела в больничной палате у постели Ирины. Лицо подруги было покрыто повязкой, в горле стояла трубка – дышать самостоятельно Ирина не могла, врачи сказали, что имеется ожог гортани. Ника сжимала руками виски и едва сдерживала слезы. Ирка, уверенная в себе красавица Ирка превратилась вот в это – лежащее безмолвно на кровати забинтованное нечто с неясным будущим. «Это я виновата, – думала Ника, кусая костяшку пальца. – Это все из-за меня. Ей нужно было ехать к себе, тогда ничего не произошло бы».

Она вдруг вспомнила, что все это время ее мобильный был отключен: поговорив с квартирной хозяйкой, Ника его выключила и забыла об этом. «Хотя кто мне должен звонить? Масленникова нет больше, а Гавриленко, судя по фотографиям, где-то на Лазурном Берегу».

…Он не был на Лазурном Берегу, и это выяснилось сразу, едва Ника включила мобильный. Двадцать восемь пропущенных звонков – и моментальная трель телефона.

– Ника, где ты?! Что произошло?! Что с твоей квартирой?! – Голос Максима полился из трубки, обрушивая шквал вопросов.

– Погоди, не так быстро, – взмолилась она шепотом, боясь потревожить Ирину, хотя врач и сказал, что она в коме. На цыпочках Ника вышла из палаты, прошла в небольшую курилку и села там на подоконник. – Я в Склифе.

– Что ты там делаешь?

– В моей квартире рано утром взорвался газ, сильно пострадала подруга, она в тяжелом состоянии, я с ней.

– Так, слушай внимательно. Я сейчас приеду и заберу тебя.

– Я не оставлю Ирку одну. – Она закурила, устроившись на подоконнике удобнее.

– Я не сказал – одну. Там есть специалисты, а ты не сиделка.

– Эти специалисты за все время зашли в палату один раз! – перебила Ника зло. – И я не брошу единственную подругу здесь без помощи!

– Ника, не кричи, – мягко проговорил Максим, – я же не предлагаю тебе ее бросить, напротив, – предлагаю обеспечить ей достойный уход, но без твоего участия – так понятнее?

– Деньги опять предлагаешь? – враждебно спросила Ника, выбрасывая окурок.

– Что ты за человек, Ника? Почему тебе во всем подвох видится? Почему я должен постоянно извиняться за наличие у меня этих чертовых денег?! Я хочу снять с тебя хоть часть проблем, которых у тебя, как я понял, еще добавилось с момента нашей последней встречи! – в голосе Максима слышалась совершенно реальная обида, и Нике стало немного стыдно.

– Прости… я не об этом…

– Все, жди меня, я скоро.

Сунув телефон в карман белого халата, Ника вдруг подумала, что с появлением Максима ей стало легче. Намного легче, потому что он старался взять и решить ее проблемы, а не отмахивался от них, как Артем.