Читаем Жили-были… полностью

– Это ж кто ж такие? – чуть не плачет Федот.

– Да привычки это! – смеётся Иван.

Вот такие дела!

Вечер девятый

– Я уже и не обижаюсь на родителей! – заявляет Вика, – и не потому, что считаю себя виноватой, а потому что понимаю их.

– А я не обижаюсь, потому что мне тут нравится, – говорю я, – честно!

– А чего обижаться? Обида – последнее дело, – вмешивается дед, – и, между прочим, соколики, обида – это затея того, кто обижен, да!..

– Да ладно! – не соглашается Вика, – получается, что если кто-то меня обидел ни за что ни про что, так это моя проблема?!

– Ежели обидел – проблема общая, а сама обида – она же в тебе? Значит, это твоя проблема.

Вика собирает складки лба над переносицей и сжимает губы. Это признак того, что она не согласна. Я быстренько вмешиваюсь:

– Может у тебя и на эту тему сказка есть?

– А то! Конечно, есть.

Сказка восьмая

Обида

Шла по селу Обида. Бедная, несчастная, всеми забитая. Ходит от двора ко двору, а её ото всюду гонят. Кто поругивает вслед, кто посмеивается, кто за дрын хватается. Никому-то она не нужна.

Вот изба Евдокии-солдатки: муж на войне буйну голову сложил, да семеро по лавкам, мал-мала-меньше. Уж она-то приютит Обиду. Есть за что.

– Здравствуй, Евдокеюшка! Пригласишь? Кому как не к тебе!

Посмотрела Евдокия-солдатка на горемыку скорбно, помолчала и говорит:

– Не нужна ты мне, поди прочь! Некогда мне возиться с тобой, вон забот сколько!

– Неужто не озлоблена ты? У тебя же счастья-то поди нет!

– Есть счастье, – улыбается Евдокия, – вон оно, по полатям сопит. Старшой уже – вылитый папка, за двоих и поле пашет и косою машет! Иди своей дорогой.

И пошла Обида дальше.

А вот дом Ивана. Хозяин на крыльце сидит, топор точит. Неужто зол на кого?! Вон, какое лицо угрюмое.

– Здравствуй, Иван! Я в гости к тебе! Пригласишь? Помогу чем смогу!

– В тесноте живут люди, а в обиде гибнут! – отвечает Иван, – зачем ты мне?

– Обидчиков-то вон сколько кругом, – пристаёт Обида, – всяк норовит в душу плюнуть.

– Не, – улыбается Иван, – судит Бог обидчика, а человек прощает. Ни к чему мне тяжесть лишняя. Иди своей дорогой.

И пошла Обида восвояси.

А тут и дом Федота на пригорочке. Хороший дом, с резными ставенками и петушком на крыше. Федот – мужик практичный, к шику привычный. Наверное, ему и обижаться-то на кого-то резона нет. Но всё равно, спросить надо, вдруг какая старая печаль-досада душу гложет…

– Здравствуй, Федот! Как живёшь-поживаешь, держишь ли ты меня в своём сердце?

Федот уставился на Обиду, молчал-молчал, потом вздохнул тяжко и давай причитать:

– Да полным-полно тебя и в сердце, и в печёнках, везде полно! Обижен я на всех и на каждого в отдельности! Хорошо хоть выговориться пора пришла! Обижен я на Мельника, к примеру, что мельница ему по наследству от деда досталась и что теперь он деньги лопатой гребёт. Обижен на Кузнеца, что его девки любят. Обижен я на Ивана, что весёлый и беззаботный, живёт и в ус не дует…

– Это не ко мне, – говорит Обида, – это к моей старшей сестре Зависти.

– А, понятно, – говорит Федот, – тогда обижен я на Батюшку, что ему исповедуюсь, а потом плохо мне бывает. Обижен на деда своего престарелого, что позорит меня – в лохмотьях по селу ходит. Обижен на детей своих, что злятся на меня, когда наказываю их…

– И это не ко мне, – говорит Обида, – это к моей младшей сестре Совести.

– А, понятно, – говорит Федот, – тогда обижен я на солнце красное, от него зной да сухость. Обижен я на дождик, от него сырость да слякоть. Обижен на ветер, что третьего дня яблоню мою поломал и кусты смородины. Обижен на рыбу в пруду, что костлява больно и на дичь болотную, что увёртлива. Обижен на лес дремучий, что непролазный и паутинный. Обижен на комара, что нудит по ночам в ухо и на пчёл, что жалят почём зря. Обижен на корову свою, что молока даёт мало и на овцу, что шерсть облезлая…

– Ах, как сладка мне речь твоя, – говорит Обида, – стало быть, ты на весь свет в обиде?

Нахмурил Федот свой лоб.

– Стало быть – так.

– А на себя, Федотушка, ты не в обиде?

– А за что мне обижаться-то на себя?! Вот ты скажешь тоже! Я же со своей головой дружу, уж как-нибудь я с ней договорюсь!

– Я вот тут, Федот, подумала и решила: а поживу-ка я у тебя, нам вместе хорошо будет! Вот только сестёр кликну, а то мне одной скучно будет.

– А кормиться ты чем будешь? У меня каждое зернышко на счету, лишние рты не прокормить.