Читаем Жернова истории - часть 1 полностью

— А вот так, — разъясняет Шорохов своему технически неграмотному собеседнику. — У ручного требования к стволу повыше будут, потому что охлаждение ствола воздушное, у него эффективность похуже, чем у водяного, и ствол должен лучше противостоять перегреву. Да, кроме того, лента у него не холщовая, а металлическая. А такую ленту нам сделать, даром, что она просто выглядит, пожалуй, что и потруднее, чем затворную группу. Детали затвора и ударно-спускового механизма, хотя они и сложной формы, мы-то худо-бедно фрезеровать все же выучились. Но вот как металлическую ленту изготовить – пока не знаем даже, как подступиться.

— Так, понял, — киваю головой. — Значит, не потянуть… Если же у немцев готовые покупать, или завод у них приобрести, то без штанов останемся.

— Вот-вот, — подтверждает Василий Егорович. — Дороговато встанет. Да и нет у них сейчас серийного производства пулеметов. На старых запасах живут, из-за резкого сокращения армии.

— Так как же быть? — продолжаю докапываться до истины.

— Очень просто, — поясняет инженер. — Закупим небольшую партию, изучим, покумекаем, да сообразим что-нибудь свое, что потянем изготавливать на имеющемся оборудовании и с имеющимися людьми. А пока и остатками с империалистической обойдемся. Ну, и еще у нас Токарев и Колесников сейчас свои собственные образцы облегченного Максима готовят – щиток долой, станок долой, вместо него – сошки, кожух водяного охлаждения меняется на кожух воздушного, рукоятки – на винтовочный приклад… В общем, наверное, немногим хуже MG 08/18 получится.

— Ну, а зачем тогда нам еще Бергмановский пулемет покупать? — мне действительно неясно.

— Ну как же! — поражен моей недогадливостью Шорохов. — Бергмановский MG 15 n.A. весит на полтора килограмма с гаком меньше! Может, додумаемся, как и нам сделать что-нибудь облегченное, не такое тяжелое, как Максим. Ручной-то пулемет весом под 15 килограммов замаешься таскать. Так Бергман еще и на тридцать с лишним сантиметров короче – значит, поворотливее, особенно, ежели с ним по окопам шнырять придется. Это при том, что длина ствола у них, считай, одинаковая.

— Тогда, значит, — ну, можно, наконец, и догадливость проявить, — и с пистолетом-пулеметом та же история? Будем по немецкому образцу конструкцию для своих заводов изобретать?

— Конечно. Зачем нам у немцев заказывать, когда сами можем сделать? Вон, Федоров еще в 1916 самострельную винтовку сделал. Думаю, прикинем, как федоровская устроена, как Бергман-Шмайссер МР 18 – и свой пистолет-пулемет тоже осилим, — подтверждает Василий Егорович.

— А чем нам Федоровский образец негож? — продолжаю донимать инженера.

— Да вроде его автомат всем хорош, но только в умелых руках и при хорошем уходе. А где мы таких бойцов напасемся? Дай ты эту машинку в руки обычному призывнику – и пойдет у нее отказ за отказом из-за косорукости и небрежного обращения, — качает головой Шорохов. — Главное же, угораздило Федорова свой автомат под японский патрон сделать, для винтовки Арисака, калибром 6,5 мм. Что же нам, для одного только этого автомата совершенно новое патронное производство разворачивать? Или у японцев выпрашивать? Не дело это…

— А разве наш винтовочный или, к примеру, нагановский патрон для пистолета-пулемета не подходят? А других ведь мы не выпускаем? — и вправду, под какой же патрон делать отечественный пистолет-пулемет?

— Почему не выпускаем? — удивляется инженер. — Вон, на Подольском заводе делают патроны 7,65 мм Браунинг. Но вообще-то лучше под наш стандарт 7,62 мм оружие делать.

— Под винтовочный? Или нагановский?

— Нет, патрон трехлинейки Мосина для этой цели слишком силен, и закраина на гильзе помехой будет. А нагановский тоже не годится – слабоват, опять же, закраина у него, да и пуля не та.

— Так выходит, все равно надо новый патрон выпускать?

— Да, — соглашается Шорохов, — только тут опять всякие тонкости надо в расчет брать. Если калибр стандартный, 7,62 мм, значит, существующее производство стволов можно использовать. Кроме того, этот патрон можно не только под пистолет-пулемет пустить, но и обычные пистолеты под этот калибр выпускать. А вот если патрон 6,5 мм делать, то получается, его только ради одной самострельной винтовки осваивать придется. И производство стволов под него нужно организовать, другое оборудование закупать…

— Понятно, — принимаю я его объяснения.

Выходя из комнаты Василия Егоровича, обращаю внимание на молодого чекиста, который вчера влез в наш разговор, не представившись. Он стоит в дверях своего номера и крутит головой. Завидев меня, парень тут же обращается с вопросом:

— Виктор Валентинович! Вы мне помочь не сможете?

— Что за проблемы? — подхожу к нему поближе.

— Да вот, — смущается он, — никак с галстуком разобраться не могу. Нам вроде показывали, и я даже раз завязал, а теперь что-то не выходит…

— Ладно, это дело поправимое, — с этими словами вхожу в комнату вслед за чекистом. Тут он спохватывается и решает, наконец, представиться:

— Николай. ("Вот конспиратор хренов, фамилию не хочет называть" — проносится у меня в голове).