Читаем Женщины-чекистки полностью

«…В Риге появилась очаровательнейшая, роскошно одетая баронесса, от которой сходил с ума весь латышский бомонд», — писал Сергей Черных в статье «Баронесса Воскресенская дослужилась до полковника». Действительно, эффектная дама — а ею, как вы понимаете, была именно Зоя Ивановна, — производила впечатление на окружающих. Но мало кто догадывался, что эта «баронесса» не ради удовольствий светской жизни общалась с высокопоставленными людьми. «Прибалтийский» период чекистской деятельности Воскресенской давал возможность хорошо подготовиться к ожидавшим ее спецзаданиям в странах Западной Европы.

Потом последовали краткосрочные командировки в Берлин и Вену. Воскресенская в совершенстве овладела немецким языком, а также его диалектами.

Вскоре Центр сообщил ей о предстоящем задании. Воскресенской порекомендовали выехать в Женеву для знакомства с прогермански настроенным швейцарским генералом. Этот генерал служил в Генштабе и владел информацией о намерениях Германии в отношении Франции и Швейцарии. Получить эти сведения было весьма затруднительно. Но Зое Ивановне вменялось в обязанности стать любовницей генерала и путем «доверительных разговоров» в постели выведать интересующие советскую разведку факты политической обстановки.

— А обязательно становиться генеральской любовницей? Без этого нельзя? — спросила Зоя Ивановна у своего начальства.

— Нельзя. Без этого невозможно выполнить задание.

— Хорошо, я стану любовницей, раз без этого нельзя, выполню задание, а потом застрелюсь.

— Нет, вы нам нужны живой…

Было и другое задание. О нем написал Олег Одноколенко в статье «Вальс с Шуленбургом»: «В Вене Зоя Воскресенская должна была выйти замуж и вместе с новоиспеченным мужем отправиться в Турцию. По дороге они должны были разыграть ссору, после которой незадачливый супруг исчезал бесследно, а Воскресенская продолжала путь на берега Босфора, где ей полагалось открыть салон модной одежды. Но и этот вариант не прошел — сотрудник, назначенный в женихи, по неизвестной причине так и не добрался до Вены».

Тогда руководство внешней разведки СССР направило Зою Ивановну в Северную Европу. В 1935 году Воскресенская под прикрытием представителя ВАО «Интурист» «Ирина» приехала в Хельсинки в качестве заместителя легального резидента.

Несколько эпизодов «североевропейского» периода мы приведем из воспоминаний, опубликованных в книге «Тайна Зои Воскресенской», написанной ею совместно с Эдуардом Шараповым.

«Памятна встреча с человеком, которому нужно было передать атташе-кейс с деньгами. В парке на ее скамью присел высокий мужчина: "Хорошо отдохнуть рядом с вами!"

Она ждала фразу "Вы позволите мне отдохнуть рядом с вами?" и готовилась ответить: "Пожалуйста, садитесь, но я предпочитаю одиночество". В пароле все имеет значение — и смысл, и порядок слов… Провокатор?.. "Что вам угодно?" И тут он повторяет пароль как надо. Она проговаривает отзыв, передает деньги: "Пересчитайте". Мужчина оглядывает запечатанные долларовые пачки: "Здесь не вся сумма". Зоя Ивановна возмущается: "Как это не вся?". — "Здесь не хватает пятнадцати копеек, Зоенька".

И она узнает человека, заплатившего за нее в московском автобусе, когда никто не смог разменять ей бумажную купюру. Захотелось броситься ему на шею — таким он показался родным и близким здесь, на окраине Хельсинки. — "Что же мне делать? — чуть не плача, говорит Зоя, — у меня опять нет пятнадцати копеек…"»

А как она металась в ожидании агента в Стокгольме! В телеграмме значилось: «Место встречи — у памятника Карлу XII». И в той же телеграмме — «У памятника Карлу XIII». Запрашивать Москву некогда. «Оглядела скамейки. Почти все мужчины читают шведские газеты, но ни у кого не торчит из кармана немецкая (как должно быть). Сделала несколько кругов, чтобы еще раз внимательно посмотреть на сидящих, не привлекая чужого внимания. И вдруг, о ужас! Передо мной памятник Карлу XIII, в том же сквере, метрах в трехстах, от XII-го. Но и здесь никого, кто читал бы местную прессу, а из кармана торчала бы немецкая газета. Бессонная ночь, самобичевание: сорвала задание. А утром новая шифрограмма: "Агент не приедет, возвращайтесь в Гельсингфорс"».

Вспоминала случай из собственной практики: «Со связной — женой японского посланника — я встретилась в лесу. А вечером, оказавшись на рауте, мы обнаружили: у обеих — красные, распухшие от комариных укусов шея и руки. Я тут же уехала. А японка объяснялась со всеми: "Ездила на дачу поливать цветы, и вот…" "Кто бы подумал, что комары могут служить в контрразведке?!" — смеялись мы при очередной встрече.

За Зою на рауте объяснялся муж».

О супруге Зои Ивановны Воскресенской стоит рассказать подробно.