Читаем Жена офицера полностью

Водитель, чудом вывернув бэтээр, проскочил мимо охваченной пламенем машины. Повсюду раздавались крики, кто-то командовал, кто-то орал благим матом, кто-то звал на помощь. Машины ворвались на улицы города. На большой скорости, проехав метров двести, бэтээр, на котором ехал Соколов, резко остановился. Дорогу преграждали два горевших танка. С верхнего этажа многоэтажного дома по ним стреляли. Соколов услышал, как мимо уха просвистела пуля. Дальше оставаться на броне было гибельно. Десантники кубарем скатились с брони бэтээра и побежали к горящему дому. На их глазах боевая машина, на которой только что они сидели, от прямого попадания противотанкового гранатомета подпрыгнула и окуталась дымом. Из люка объятой пламенем машины выскочил водитель. Одежда на нем горела. Громко крича, он спрыгнул на землю и упал на спину, пытаясь погасить огонь. К нему на помощь подбежали два десантника. Происходило что-то кошмарное. То, к чему их готовили на учебных полигонах, в реальном бою оказалось совсем по-другому. В ноздри ударил запах жареного человеческого мяса. Первое время Соколов так растерялся, что потерял контроль над собой и над ротой. Но, придя в себя, стараясь пересилить грохот боя, громко крикнул:

— Командиры взводов, ко мне!

К нему подбежали два офицера. Не было лейтенанта Филимонова.

— Кто видел Филимонова?

— Ему взрывной волной ногу оторвало, — отозвался лейтенант Фирсов. — Его солдаты унесли.

— У кого какие потери?

— Да кто знает… Темно же. Ничего не видно.

— У меня Федоров погиб и еще двое раненых, — доложил командир второго взвода лейтенант Пивоваров.

— Слушайте мою команду. Вперед будем продвигаться по левой стороне улицы. С первым взводом пойду я. За мной второй взвод. Замыкать будет третий взвод. Наша задача: выйти к школе, занять ее и организовать оборону. Школа должна находиться за углом этого здания. Двигаться вдоль улицы в колонне по одному. Вопросы есть?

Офицеры молчали.

— Тогда — вперед.

Соколов побежал. За ним, пригибаясь, побежали десантники. Повсюду стоял оглушительный грохот, казалось, что земля лопается. Впереди костром горел танк. Добежав до угла здания, Соколов завернул за угол. За ним по пятам бежали десантники. Вместо школы они оказались на территории детского сада. Соколов стал под навес. К нему стали подтягиваться остальные десантники. Кто-то из сержантов приглушенно скомандовал:

— Ложись!

Десантники легли. Соколов повернулся к связному, который неотлучно находился рядом.

— Саша, разыщи офицеров и срочно ко мне, — тихо приказал он.

Связной побежал выполнять приказ командира. Над крышами жилых домов, на небольшой высоте, с оглушительным ревом пронеслись самолеты. Впереди раздались взрывы. Земля под ногами гудела и тряслась. К Соколову подошли офицеры.

— Пивоваров, возьми с собой несколько солдат и разыщи школу. Она должна быть где-то рядом.

Пивоваров ушел.

— Товарищ старший лейтенант, в нашу сторону люди идут, — раздался чей-то приглушенный голос.

При свете горящего дома Соколов увидел группу вооруженных людей.

— Лежать тихо, — скомандовал он.

По мере приближения группы все яснее была слышна чеченская речь. Соколов понял, что это дудаевцы. Десантники, затаив дыхание, с напряжением ждали команды на открытие огня. И когда дудаевцы подошли на близкое расстояние, у кого-то из десантников не выдержали нервы и он открыл огонь. Его примеру последовали остальные. Дудаевцы уже лежали мертвыми на земле, а десантники продолжали по ним строчить из автоматов.

— Прекратите огонь! — крикнул Соколов.

Стало тихо. Лишь со стороны улицы был слышен гул танков. Никто из десантников не осмеливался подойти к дудаевцам. Не решался и Соколов. В душе каждого десантника поселилось необъяснимое чувство. Впервые в жизни они по-настоящему стреляли в живых людей. Пусть даже во врага, но в живого. Они еще не видели мертвых тел своих товарищей, не видели их оторванных рук и ног, не видели перерезанные солдатские горла, выколотые глаза. А когда все это увидят, то смерть дудаевцев для многих из них станет обычным явлением. Война перемалывала молодые солдатские души.

К дудаевцам никто так и не решился подойти. Немного погодя вернулся Пивоваров. Он доложил, что школа находится за пятиэтажным домом. Десантники без шума двинулись к школе. Соколов организовал ее оборону, выставил наблюдательные посты и дал команду командирам взводов проверить наличие личного состава.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Волкодав
Волкодав

Он последний в роду Серого Пса. У него нет имени, только прозвище – Волкодав. У него нет будущего – только месть, к которой он шёл одиннадцать лет. Его род истреблён, в его доме давно поселились чужие. Он спел Песню Смерти, ведь дальше незачем жить. Но солнце почему-то продолжает светить, и зеленеет лес, и несёт воды река, и чьи-то руки тянутся вслед, и шепчут слабые голоса: «Не бросай нас, Волкодав»… Роман о Волкодаве, последнем воине из рода Серого Пса, впервые напечатанный в 1995 году и завоевавший любовь миллионов читателей, – бесспорно, одна из лучших приключенческих книг в современной российской литературе. Вслед за первой книгой были опубликованы «Волкодав. Право на поединок», «Волкодав. Истовик-камень» и дилогия «Звёздный меч», состоящая из романов «Знамение пути» и «Самоцветные горы». Продолжением «Истовика-камня» стал новый роман М. Семёновой – «Волкодав. Мир по дороге». По мотивам романов М. Семёновой о легендарном герое сняты фильм «Волкодав из рода Серых Псов» и телесериал «Молодой Волкодав», а также создано несколько компьютерных игр. Герои Семёновой давно обрели самостоятельную жизнь в произведениях других авторов, объединённых в особую вселенную – «Мир Волкодава».

Мария Васильевна Семенова , Елена Вильоржевна Галенко , Мария Васильевна Семёнова , Мария Семенова , Анатолий Петрович Шаров

Детективы / Проза / Фантастика / Славянское фэнтези / Фэнтези / Современная проза
Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза