Читаем Желтый бес. полностью

- Так ли? – лукаво улыбнулся Антон. – А как быть с «черными археологами»? Ведь они есть. Значит, имеются и сокровища. Просто по вполне понятным причинам находки не афишируются, а сразу реализуются на подпольном рынке.

Сан Саныч отвернулся, пожал плечами.

- Возможно.

- Сказки! – отмахнулся Федор. – Сокровищ под землей нет.

Антон с самого начало отказался спать в палатке. Предпочел гамак. Подвесил на столбы возле палатки Науменко. Получилось, что он вроде сфинкса, расположился на входе в палаточный городок археологов. Спать прямо на земле, как собирался вначале, невозможно. По вечерам выползают из нор обитатели пустыни, среди них скорпионы. Из-за этого все палатки на ночь наглухо закрываются. Спать в закрытом помещении Антон не мог с детства, поэтому и устроился в гамаке. Вначале было непривычно спать в позе эмбриона, потом привык. Этой ночью долго не мог заснуть. Веки потяжелели, глаза стали закрываться, только когда на горизонте обозначилась светлая полоска рассвета. Сон осторожно наваливается мягким телом, мысли путаются и под прикрытыми веками появляются странные картинки. Воздух чуть слышно гладит щеки, ночные звуки гаснут и внешний мир уплывает. Резким диссонансом на фоне скромных запахов пустынной флоры выделяется кислая вонь давно немытого тела. Контраст настолько силен, что Антон открывает глаза, лицо недовольно кривится. К гамаку приближается человек, закутанный  в … плащ что ли? Голова обмотана банным полотенцем? Чалма – замысловато накрученный кусок ткани, оставляет открытыми только глаза, вот что это такое, вспомнил Антон. Неизвестный приблизился, из складок одежды появляется рука, тускло блестит стальной клинок странной формы – чрезмерно широкий у основания и резко сужающийся на конце. «Где-то я такой нож уже видел»! – подумал Антон. Подождал, когда незнакомец приблизится. Едва только лезвие оказалось вблизи, левой рукой перехватывает кисть противника, выворачивает. Пальцы правой сжимают складки плаща на груди. Рывок и нож вонзается прямо в основание шеи. Широкое лезвие режет гортань, блокирует дыхательные пути. Неизвестный дергается в быстрой агонии и мертвое тело опускается на землю. Антон тотчас сползает с гамака, обыскивает труп, но ничего, кроме несуразного кинжала, у мертвеца нет. Антон осторожно крадется вдоль палаток с тыльной стороны. Двое копошатся возле навеса, под которым установлен дизель-генератор. Агрегат невелик, его вполне можно унести одному человеку на машину и увезти. Надо только отсоединить провода. Именно этим и занимаются два дурака. Они настолько увлечены процедурой откручивания проводов, что совершенно забыли об опасности. Или им сказали, что бояться нечего, здесь одни прибитые ученые. Вдобавок, русские, а они известные пьяницы. Путаясь в своих балахонах и чалмах, незнакомцы продолжают раскручивать гайки зажимов. Антон подходит ближе, ладони ложатся на худые  загривки жуликов, пальцы сжимаются в железной хватке. Следует молниеносный рывок, затем раздается глухой удар и сдавленный вопль нарушает рассветную тишину. Испуганные до полусмерти воры не могут кричать в полный голос, потому что железные пальцы давят шею все сильнее. Одному удается чуть повернуть голову. Скосив выпученные глаза, он видит странно белое лицо, лишенное растительности. Верхняя губа приподнята, блестят клыки, ноздри клювообразного носа раздуваются, вместо глаз черные отверстия. Под кожей движутся желваки, словно там поселились маленькие животные и они вот-вот вырвутся наружу. От ужаса вор визжит, словно пикирующий бомбардировщик времен Отечественной войны. Руки и ноги дергаются с необыкновенной быстротой, тело извивается, как будто лишено костей. Второй вор, на мгновение замирает, не понимая такой бурной реакции. Тоже косит глазом. Увиденное так пугает, что песок буквально взрывается от ударов пятками. Дабы утихомирить перепуганных воров, Антон сует их лицам в дизель раз, другой … Визг переходит в сип, слышится бульканье, словно пойманные решили попускать пузыри. Движения становятся вялыми, тела обвисают. Злость незаметно улетучивается и Антон разжимает пальцы. Воры валятся на пол, как пустые рогожные кули. Песок окрашивается темными пятнами, раздается всхлипывание и невнятное бормотание. За спиной хрустит песок, слышны шаги. Не оборачиваясь, Антон спокойно говорит:

- Жуликов поймал. Хотели дизель утащить.

Трухин присаживается на корточки возле двигателя, сокрушенно качает головой.

- Ну вот, кожух помяли. И радиатор шатается, наверно крепления разболтаны. Аккуратнее надо, Антон Петрович! – укоризненно произносит он.

- Вы правы. В следующий раз просто отрежу башку. Как  тому, - ответил Антон и кивает в сторону гамака.

Все члены экспедиции как по команде поворачиваются. Неподалеку висит гамак, словно скрученное полотенце, рядом лежит труп в темном пятне высохшей крови. Кто-то из женщин ахает. Науменко крякнул, почесал в затылке. В тишине отчетливо звучит растерянный голос:

- Вот мать твою!

- Ну, тут все понятно, Антон, - сказал Науменко. – А того парня за что?