Начиная c XIV века, вносит уточнение Филипп Контамин, разговорная речь жителей Парижа и Иль-де-Франса получает наибольшее распространение среди знати. Именно этот язык вскоре стал языком официальных королевских документов. На севере говорили на языке ойль, а на юге на языке ок. Некоторые районы сохранили свои собственные идиомы, например Бретань, Гасконь, Страна Басков; во Фландрии, в Булонэ и в Калези говорили на фламандском языке. На юге в противовес классической латыни получил распространение романский язык, или вульгарная латынь (разговорная речь). В Лимузене говорили на "лемози", а в Провансе на "пруенсаль" в отличие от языка короля, то есть французского языка. В XIV веке на юге говорили на латыни, а в XV веке она сохраняется в юридических актах и некоторых других документах.

В Англии унификация языка происходит на основе лондонского диалекта. Начиная с нормандского завоевания и вплоть до XIV века здесь говорят на искаженном французском, на англо-нормандском, но в XIV веке ситуация меняется. В 1300-1324 годах неизвестный автор книги "Cursor mundi" заявляет: "Я писал эту книгу из любви к английскому народу, чтобы ее читали на английском языке… Оставим каждому его язык, это никому не принесет вреда". Перелом произошел при Ланкастерах, которые отныне говорят только по-английски. Еще Эдуард III требовал, чтобы судебные процессы велись на английском языке, а затем протоколы составляли на латыни: в 1363 году впервые Парламент в Вестминстере вел заседания на английском языке. Следующий король Ричард II говорит по-английски, но еще прекрасно понимает французский язык. Позже всех начнут употреблять английский язык в своих сделках пивовары Лондона – лишь с 1422 года.

Таким образом, Франция и Англия говорят на собственном языке. Например, Генрих V приказывает перевести на английский язык договор, заключенный в Труа, чтобы с ним ознакомились в Англии; вместе с Солсбери он сообщает лондонским буржуа по-английски об одержанных победах и просит предоставить субсидии. Объясняя, что его поражения вызваны вмешательством Девы, Бедфорд пишет письмо к Генриху VI на английском же языке, но употребляет много французских слов.

В военных документах формулировки меняются в зависимости от того, были ли они написаны в Англии английским писарем или же во Франции, где французский писарь пишет то, что слышит. Употребление национального языка не четко определено в договоре, заключенном в Труа, но подразумевается, что оно облегчит "отношения завоевателей с побежденным населением и пощадит его самолюбие. Оно позволит легко найти на месте чиновников и писарей, а не приглашать их из Англии". Таким образом, в английских армиях иногда встречаются французские писари. Во Франции в военных документах англичане употребляют французский язык и офранцуживают свои имена: John of Pothe становится Jehan Avothe, затем John Abote. У потомков соратников Вильгельма Завоевателя такие имена, как, например, William, Alexandre, John, Pole, становится La Poule, de la Poule.

Другой пример смешения французского, английского и англо-нормандского языков – это язык, употребляемый дворецким Варвика в Руане в 1431-1432 годах. В его ежедневных записях и счетах мы находим сведения о людях, сидевших за столом Ричарда Бошана.

Широко распространена гипотеза, согласно которой, не вмешайся Жанна, "французский язык имел бы больше шансов задушить только что зарождающийся английский язык". Она не имеет под собой оснований. Как отмечает Франсуа де Суденберг, французский язык, кроме всего прочего, был языком геральдики и стал языком дипломатии, именно поэтому он являлся языком двора, знати и крупной буржуазии.

VII. Пленение Жанны д'Арк у Компьеня

Стала ли Жанна д'Арк жертвой предательства у Компьеня 23 мая 1430 года? Иначе говоря, умышленно ли приказал Гийом де Флави поднять мост, чтобы она не сумела скрыться? Можно также задать вопрос, насколько в действительности угрожала опасность городу Компьень и обязательно ли Флави нужно было "захлопывать дверь" перед Жанной? По мнению Александра Сореля, которое он высказал в своей работе "Пленение Жанны д'Арк у Компьеня и история осад этого города", опубликованной в 1889 году, Гийом де Флави – предатель. Однако в 1934 году выходит книга Ж.-Б. Мэтра, в которой он утверждает: "Гийом де Флави не предавал Жанну д'Арк". Что же случилось на самом деле?

В 1430 году жители Компьеня без радости смотрят в будущее: между 1415 и 1430 годами им пришлось выдержать восемь штурмов. Город будет еще взят арманьяками, затем бургундцами и англичанами. Поразмыслив, жители Компьеня решили "служить королю верой и правдой". Нетрудно понять, что, находясь в плену, Жанна испытывает добрые чувства к жителям Компьеня, выказавшим верность королю Карлу, и хочет защитить их.