Читаем Жаклин полностью

В «Кинг-отеле» заказали номер для сенатора Джозефа Маккарти, близкого друга Кеннеди и известного антикоммуниста, который обещал прибыть на свадьбу, если ему позволят сделать это сенатские дела. Старший Кеннеди остановился в ньюпортском особняке Роберта Янга, который частенько принимал у себя герцога и герцогиню Виндзорских, а теперь собирался принять Уэстбрука Пеглера, Мортона Дауни, Бернарда Гимбела, Марион Дэвис и других людей, приглашенных на свадьбу.

Джекки дала двенадцати подружкам свои портреты в серебряных рамках, на которых стояла дата свадьбы, а жених вручил друзьям черные шелковые зонтики, на ручках которых имелись серебряные монограммы. Тем временем лакеи отеля «Викинг» отглаживали полосатые брюки Джона Бувье-третьего, любимого папочки невесты, который, несмотря на свою ненависть к Очинклоссам, прибыл в Ньюпорт, чтобы выдать дочь замуж. Хотя его супружеская жизнь с Джейнет Ли закончилась разводом много лет назад, он гордился своими детьми, а их процветающего отчима именовал не иначе, как неотесанным болваном. Оба мужчины были маклерами, но лишь это, не считая Джейнет, и объединяло их. Женившись во второй раз в 1942 году, Джек Бувье бросил крылатую фразу, находясь в зале нью-йоркской фондовой биржи. Эту фразу потом часто повторяли на Уолл-стрит: «От Очинклоссов одни потери».

Эта фраза оказалась пророческой, так как через несколько лет вашингтонская фирма Хью Очинклосса оказалась на грани разорения, и его вдове пришлось продать свое любимое поместье Хаммерсмит Фарм практически за бесценок. Но в описываемое нами время Джек Бувье понес значительно большие потери, так как после нового замужества Джейнет он лишился еще и двух своих дочерей.[4]

Джек Бувье более не обременял себя браком и старался как можно чаще видеть своих дочерей. Он давал им деньги, платил за их обучение, покупал лошадей для верховой езды и в целом относился к ним скорее как ухажер, чем как отец, завоевывая их любовь и расположение.

Его прозвали Черным Джеком, так как он имел смуглую кожу и черные волосы. Он был красавцем, и Джекки боготворила его.

«Джек говорил мне, что Жаклин помешана на отце, — вспоминает Джордж Смазерс, сенатор от штата Флорида, свидетель жениха на свадьбе Кеннеди. — Он показал мне ее старика и сказал, что это Черный Джек[5] с синими яйцами. У Бувье кожа была с синеватым оттенком, как результат какой-то болезни, но он был весьма привлекателен на лицо. Он производил большое впечатление, и Джекки с ума по нему сходила».

Мужество, которым обладал Джек Бувье, привлекало к нему не только женщин, но и мужчин. Ходили слухи, что он бисексуал и когда-то находился в интимной связи с композитором Коулом Портером, который закончил вместе с ним Йельский университет в 1914 году. «Я с ума схожу по Джеку», — признавался Коул близким друзьям в разгар своей дружбы с Бувье. Впоследствии они редко виделись, но сохранили дружеские отношения на всю жизнь.

Джекки и Ли обожали своего жизнерадостного, экстравагантного папочку. Они не простили свою мать за то, что она развелась с ним. Распад семьи негативно повлиял на них. В то время Джекки исполнилось только тринадцать лет, и переезд в Мерривуд с отчимом и его тремя детьми означал для девочки конец свободной жизни в Нью-Йорке. «Для них я была великаншей-людоедкой, — вспоминает миссис Очинклосс, — я учила их манерам, заставляла прямо сидеть за столом и чистить зубы. А муж позволял им делать все что угодно».

Чувствуя себя стесненной в новом доме, Джекки оживала лишь тогда, когда навещала отца и семейство Бувье в Ист-Хемптоне, где она родилась.

«Джек Кеннеди напоминал Джекки ее отца», — уверяет близкий родственник. Хотя Черный Джек являлся консерватором и республиканцем, а Кеннеди был демократом, оба мужчины отлично поладили и имели много общего, начиная с легкомысленного отношения к женщинам, которых они часто меняли. Они так никогда и не стали верными мужьями.

Оба обладали острым умом и не терпели глупости. Имея большой опыт отношений с женщинами, они слыли светскими людьми. Они любили спорт, страдали от болей в пояснице и умели хорошо жить. В то время, когда они встретились, Джеку Бувье исполнилось пятьдесят три и он испытывал определенный спад, он растранжирил большую часть своего состояния и страдал от алкоголизма. А Джек Кеннеди в свои тридцать шесть находился в расцвете жизни. Его только что избрали в сенат США, он метил в президенты.

Вспоминая их первую встречу, Джекки говорит: «Они были очень похожи друг на друга. Мы обедали втроем и разговаривали о спорте, политике и девушках — то есть о том, о чем любят разговаривать все жизнелюбивые мужчины».

Для такого тщеславного человека, как Черный Джек, нелегко было приехать к Очинклоссам, но он прибыл туда, словно путешествующий магараджа — загорелый и одетый в прекрасный костюм, с жемчужной булавкой и новой парой серых замшевых перчаток. Он предстал во всей своей красе и хотел, чтобы Джекки, Джек Кеннеди и вообще все присутствующие Бувье и Кеннеди гордились им.