Читаем Зеркальная игра полностью

— Пойдемте,— сказала она, входя с веранды в комнату Бруно.

Он лежал в кровати в том же положении, в каком я его оставил вечером.

Когда он взглянул на меня, я наклонился. Его глаза действительно были очень выразительными. Они как бы приветствовали меня. У меня появилось неприятное ощущение. Мне показалось, что он начал привязываться ко мне. Во всяком случае, он смотрел на меня дружелюбно и даже заинтересованно.

Когда он перевел взгляд на сестру Флеминг, в его глазах появилось равнодушие.

Выслушав указания сестры, я поднял Бруно и перенес его в кресло. Я старался действовать очень осторожно, избегая толчков. Я увидел, что сестра Флеминг осталась довольна. Она одобрительно кивнула мне.

— Это Чизхолм,— сказала она, обращаясь к Бруно, и добавила в мою сторону: — А теперь я уже справлюсь одна.

Я наклонился к Бруно. В его взгляде я прочитал что-то похожее на зависть, потому что я счастлив, мне не приходится оставаться в руках этой чопорной, сварливой сиделки. Возможно, это была только моя фантазия, но мне все же показалось, что он именно это хотел сказать.

Я вышел из комнаты Бруно и поспешил к лодочному ангару. Спрятавшись за ивами, я стал искать глазами Лауру. Ее купальная шапочка белела далеко в озере. Наконец я увидел, что она поплыла к берегу.

Когда она выходила из воды, я окликнул ее:

— Доброе утро, синьора.

Она не обернулась, но спина ее напряглась.

— Тебя не должны видеть здесь, Дэвид,— сказала она незнакомым мне голосом.— Это слишком опасно. Рядом живет старый хрыч, который постоянно наблюдает за мной в бинокль. Прошу тебя, уходи!

— Черт с ним,— сердито сказал я.— Меня-то он, во всяком случае, не видит.

— И все-таки, Дэвид, прошу тебя уйти, и постарайся, чтобы тебя никто не заметил.

— Какие еще будут распоряжения, синьора? — с сарказмом спросил я.

— Осмотри внимательно лодку и почини, если потребуется. Иногда доктор Пирелли пользуется ею, и мы не должны подавать ему ни малейшего повода к неудовольствию. После того как ты закончишь с лодкой, ты свободен. А ночью я приду к тебе, дорогой.

— Хорошо, — сказал я.

— Как мне кажется, ты уже почувствовал на себе обаяние Бруно? — .спросила Лаура, ополаскивая в воде свои длинные ноги.

— Кажется, нет.

— Удивительно! А ведь в нем очень много обаяния. И даже теперь, в таком: положении, он завоевывает друзей гораздо легче, чем я. А тебе хотелось бы стать его другом?

—   Вряд ли,-— резко ответил я.— Мне лучше теперь заняться лодкой.

Я вошел в лодочный ангар, закрыл за собой дверь и принялся за работу.

Да, Лаура была права. Бруно действительно обладал поразительным обаянием. Несмотря на полнейшую неподвижность и отсутствие речи, ему удавалось только одним взглядом выразить дружелюбие и приязнь.

Когда я вечером снова пришел к нему, он был один. Я просто не знал, что мне делать: уйти или дождаться здесь сестры Флеминг. Я уже было повернулся, чтобы уйти, но меня задержал взгляд Бруно. Он смотрел на меня с дружеским любопытством. Я начал рассказывать, как я провел день, приводя в порядок лодку. Я видел, что его глаза улыбались мне.

— Если вы захотите и это позволит доктор, мы как-аибудь на днях можем совершить прогулку по озеру,— сказал я.— Я буду очень осторожен, вы не беспокойтесь. А для вас это будет приятным разнообразием.

Он взглядом согласился со мной, но потом насмешливо взглянул на вошедшую в это время сестру Флеминг, как бы желая сказать, что в его состоянии подобная прогулка исключается.

Я вкатил кресло в спальню и перенес Бруно на кровать. На этот раз у меня получилось более удачно. Я почувствовал это, а сестра Флеминг снова одобрительно кивнула.

В спальню вошла Лаура. Я поклонился Бруно и ушел к себе. Переодевшись, я уселся на подоконник и закурил сигарету. Меня мучили угрызения совести. Если бы еще Бруно был неприятным человеком, то я, может быть, не так болезненно выносил бы свое положение. Но поскольку он был таким симпатичным, мне в голову все чаще и чаще стала приходить мысль: а не сложить ли мне свои вещи и не убраться ли поскорее отсюда подобру-поздорову? С другой стороны, искушение пожить в такой роскошной квартире было слишком сильным, а мысль о том, что через несколько часов сюда придет Лаура, чтобы провести со мной ночь, не позволяла мне уйти.

Мои мысли переключились на Лауру. Действительно ли она любит меня? С ее внешностью она могла бы выбирать из сотни мужчин. Почему же выбор пал на меня?

С неприятным чувством я вспомнил нашу встречу. Мне показалось невероятным, что женщина в ее положении могла так далеко зайти в отношениях с совершенно незнакомым ей мужчиной. Может быть, она была одной из тех женщин, которые не в состоянии обходиться без мужчин? Слова Марии о том, что Беллини тоже жил в квартире над лодочным ангаром, возбудили во мне подозрения. Может быть, этот человек был любовником Лауры? А до него могли быть еще и другие?

Я попытался тщательно проанализировать свои чувства к Лауре. Когда ее не было рядом со мной, я мог рассуждать объективно. Что мне было известно о ней, кроме ее сексуальной привлекательности?