Читаем Зеркала полностью

— Встань, дэльф…, - пробормотал Гэри. — Я рад, что помог тебе…

Если Гэри и был недоволен ходом событий, то оставил недовольство при себе. Ведь он при свидетелях пообещал дэльфу любого коня. Любого!

При ровном солнечном свете, проливавшемся с неба золотым дождем, стал заметен чудесный муаровый рисунок на боках коня. Жеребец был черен, как ночь, а отметины Богов отливали чистым перламутром. Конь был гораздо крупнее невысоких ильрийских лошадок и обладал мощью тяжеловеса вкупе с удивительной грацией, выдававшей в нем породистого боевого скакуна древних кровей.

Инвари уже осматривал подживающую рваную рану на бабке и глубокие отметины клыков на шее коня. Флавин, ничуть не боясь удара копытом, присел рядом на корточки.

— Могу я вывести его отсюда? — спросил Инвари. — Теперь он не захочет оставаться.

Гэри только кивнул и отвернулся к спутнику.

— Пойдем, Молчун, — бросил он, чувствуя себя глубоко уязвленным.

В молчании они вернулись в лагерь. Шери внезапно заторопился.

— Ты куда? — вяло поинтересовался Атаман.

Ах, что за чудо-коня потерял он по вине дэльфа!

— Взгляну на сестренку. А ты посмотри, кто к нам идет! — Шери махнул рукой. — Кажется, я знаю, кто поднимет тебе настроение…

Гэри взглянул.

К ним, в развевающемся, словно серое облако, платье, увитая косами толщиной в руку, спешила Гроза.

* * *

Спустя несколько дней приехал Шторм и привез неутешительные вести. Адамант провел налоговую реформу, состоящую в увеличении старых и введении новых налогов. Деньги потекли в казну рекой. В столицу начали прибывать кликнутые глашатаями нового короля наемники, оборванцы, жулики, нищие — все те, кто не гнушались любыми заработками. За дворцовыми стенами их встречал Ванвельт и лично производил отбор. Наиболее крепких и выносливых записывали в новую армию Адаманта, после чего отправляли колоннами по западному тракту под усиленным конвоем черных рыцарей. Окончательная цель их похода оставалась тайной. Остальных использовали на общественных работах — Адамант задумал укрепить стены столицы, а для этого требовался камень, который везли с ближайших каменоломен, находящихся на Северной равнине. Несмотря на жесткую дисциплину и тяжелый труд, наемники не выказывали недовольства. Соглядатаи Ворчуна доносили, что платили им щедро, а городской страже было велено не мешать им отдыхать и развлекаться в свободное от работы время. Нетрудно себе представить, каким образом отдыхал и развлекался подобный сброд. Столичные жители были запуганы происходящим донельзя и почти не показывались на улицах. Несмотря на это люди продолжали пропадать бесследно.

После коронации не прошло и двух дней, как посланники короля начали свозить в столицу новенькие, специально для того выкованные, ключи от ильрийских городов и крепостей. Бургомистры хотели жить, а весть об «отставке» столичного Магистра неслась впереди курьерских коней. Однако не все подчинились Адаманту. Многие землевладельцы, которым принадлежали крупные угодья в разных частях страны, не спешили явиться ко двору, чтобы принести присягу в верности. Старинные благородные семейства, опора городов ильрийских, так же выжидали.

Чтобы выслушать рассказ Шторма, приближенные Гэри собрались вокруг большого «атаманского» костра. Слушали молча, мрачнели, не перебивали. Гроза сидела по правую руку Атамана и, глядя на нее, Инвари все время вспоминал Балладу о королеве сумерек. Он устроился напротив, рядом с Афом. Позади них, держась в стороне от полосы света, маячили неясные тени Хранителей.

— На западном тракте оживление, — подтвердил рассказ Шторма один из следопытов, — Черные гонят наемников куда-то за пределы Чащи. Они торопятся, с дороги не сходят, провиант и воду везут с собой. Конвой многочисленный и слишком хорошо вооружен, чтобы мы могли напасть. По количеству обозов провианта примерно на шесть дней пути, но они двигаются гораздо быстрее, потому что останавливаются только на четыре часа ночью. Лагеря не разбивают. Едят всухомятку. Люди просто валятся от усталости, но почему-то не возражают и не сопротивляются. То ли плата так хороша, то ли боятся. И есть чего — их караульщики с коней не слезают, словно железные, ей-богу! Ничего не едят, не спят и почти не разговаривают.

— Ворчун просил передать, — вмешался Шторм, — что эта возня ему очень не по душе! Мол, Хранители Хранителями, а охрану основного лагеря надо усилить или, еще лучше, сменить место!

— Я подумаю, — коротко ответил Гэри и вновь повернулся к следопыту, — Так куда они направляются?

— Я послал пару отрядов следить за их передвижением, но пока не получил весточки…

— Давно?

— Шесть дней назад…

Гэри только покачал головой.

— Вы свободны. О любых изменениях докладывать немедленно. Охрану всех лагерей усилить.

Быстро и бесшумно люди стали расходиться.

Инвари покосился на Афа — тот даже не шевельнулся — и тоже остался на месте.

Гроза зябко поежилась, и Гэри, хотя и виду не подал, что заметил ее жест, тут же подкинул сучьев в костер.

— Мне все это тоже не нравится! — блаженно заметил Шторм, грея здоровенные ладони почти в самом огне.