Читаем Земное время полностью

Уже почти созрел до половины.Двадцатый век. Как за волной волна,Накатывались за войной война.Столетий в нем как бы скопились вины,Болезней давних, загнанных под спуд,Открылись язвы, выступив наружу.Он словно нам твердит: «Я все разрушу.За все взыщу. Я — беспощадный суд.Я снял замки. Я выпустил на волюВсю бурю зол, убийственных страстей.Я — бездна. Я — конец былых путей.Я спрятаться от правды не позволю.В сердца людей стучу — не время спать.Я каждому приподнимаю веко.От вас зависит — отшатнуться вспять,Сорвать с себя обличье человека,Машиной стать, рабом машин,Смышленым гадом, злобным насекомым…Иль братом звезд, в их светлый круг влекомым,Чей дух взрастет превыше всех вершин».

«Мы — дети Слова. Каждое движенье…»

Мы — дети Слова. Каждое движенье —Как бы провозглашенный телом слог.Взмах легких руг и быстрых ног скольженье.О, если бы их уяснить я мог!Проходишь ты, и, словно светом властнымПереполняя воздуха слои,Подобные победным звукам гласным,В меня шаги вторгаются твои.И эта речь древнейшая — началоВсех слов, что образовывал язык,Всего, что сквозь гортань потом звучало,В ней — тайный шепот, судорожный крик.И всех стихов ликующие воды,Отрады встреч и жалобы разлук,И близость исцеляющей свободы,И ветра свист, и камня твердый стук.

«Нам не пришлось изведать вместе юность…»

Нам не пришлось изведать вместе юностьИ разделить хлеб жизни пополам.Не сетуй на случайную угрюмость,На то, что тени бродят по углам.То — слабости невольной паутина,Усталости бесцветная пыльца,Обид ничтожных гнилостная тина,Да и заботам не видать конца.Но я смотрю в открытые широкоТвои глаза, как в глубь души своей,И ничего, что старость у порога,И что отнять у нас возможно ей?Пусть меркнет плоть. Ей малый срок положен.Истает воск, недлинен фитилек.И только дух становится моложе,Готовясь в путь. А путь далек, далек.

«Но жизнь еще мерцает, утешая…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия