Читаем Зелёный Горошек полностью

Второй по действенности способ борьбы придумала группа колонистов, специалистов по источникам энергии. С помощью ручных и самодельных инструментов вскрыв запасной склад, они привели в действие и, превратив в бомбу, взорвали автоматизированную, но не подключённую к общей сети вспомогательную ядерную электростанцию, предварительно загнав её в режим выработки максимального количества радиации, не очень опасной для людей, но замечательно выводящей из строя компьютерные схемы. Эта акция в стиле «ни себе, так уж не противнику» вывела из строя 90% компьютерной мощности сети. Но 10% носителей враждебного разума оказались далеко от бомбы или были чем-то слишком хорошо экранированы от излучения.

Победить этим самоубийственным способом не удалось, исполнители акции не погибли, но и монстр был только испуган. Поспешно сформировав из биологических нервов с нанопередатчиками, плававших в студне, аналог компьютерной сети, он переписался туда, сделавшись, таким образом, ровно настолько же устойчивым или неустойчивым ко всем видам излучений, что и его противники-люди. На это у него ушло аж полтора дня – века по времени компа, работающего гораздо быстрее человеческого разума.

А тогда несколько совершенно отчаявшихся колонистов придумали – не сговариваясь и нечаянно! – самый действенный способ борьбы. Они попросту совершили самоубийство, разными способами и в разных местах колонии, не в силах вынести мысль о подчинении свихнувшемуся кибернетическому разуму. А у свихнувшегося кибернетического, но отчасти и биологического разума, как оказалось, были планы на всех колонистов, и в генетическом плане, и в плане их интеллектов, памяти, разумов и сознаний. И его совершенно не устраивала их бессмысленная потеря. В ночь второго дня войны он вылез из канализации и всех колонистов… съел. В телесном смысле. А в духовном – сохранил. Переписал их разумы в свою нервно-компьютерную сеть, выделив каждому достаточно места и мощности для обработки данных. Кстати, и почти всех самоубийц ему удалось спасти – быстро среагировал, и связи в мозгу ещё не разрушились. К счастью, никто из них не стал стрелять себе в голову из чего-то достаточно мощного, чтобы уничтожить большой процент мозга. У них, правда, был психологический шок, и Солярису пришлось последние события в их памяти подправить, а тем, кто поустойчивее, подправить только сам момент самоубийства, сделав его неудачным. Ну, там, верёвка оборвалась, проглоченный яд немедленно вызвал грандиозную рвоту, а спрыгнувший со своей вышки синоптик зацепился поясным ремнём за кронштейн, натерпелся стыда, представляя, как его, висящего там, кто-то увидит, с трудом отцепился и слез с вышки, радуясь, что успел. Естественно, все трое не стали повторять своих попыток. (В реальности «до Соляриса» удачных, если можно так сказать о суициде).

Остальные колонисты, проснувшись условным (сетевым) утром, не заметили никаких изменений и без подправленной памяти. Потом тем, кто во всём, в конце концов, разобрался, стоило большого труда убедить остальных, что вообще что-то произошло. Потому что хозяин сетевой реальности воспроизвел в ней для всех колонистов их обычную домашнюю обстановку (если они заснули дома) и вообще всё физическое окружение, каким оно было до войны с ним. Включая переставшие бунтовать компы и отсутствие в канализации каких-либо признаков его самого.