Читаем Затмение полностью

— Возможно, это потому, что меня не впечатляет старина, — улыбнулся он, очевидно удовлетворенный тем, что отвлек меня. — А если честно, почему ты читаешь это снова и снова? — его глаза светились неподдельным интересом, он снова пытался разобраться в замысловатой работе моего разума. Он наклонился через стол, чтобы обхватить мое лицо своими ладонями. — Что в этом романе притягательного для тебя?

Его искреннее любопытство разоружило меня.

— Я не уверена, — сказала я, пытаясь мыслить связно, в то время как его взгляд ненамеренно рассеивал мои мысли. — Я думаю, это что-то, вроде неизбежности. Ничто не может их разлучить — ни ее эгоизм, ни его зло, ни даже в итоге смерть …

Он задумчиво обдумывал мои слова. Через мгновение на его лице заиграла дразнящая улыбка.

— Я все же думаю, что эта история была бы лучше, имей каждый из них хоть одно положительное качество.

— Я думаю, что, возможно, это и есть здесь главное, — не согласилась я. — Их любовь — это единственное положительное качество.

— Я надеюсь, ты достаточно осмотрительна, чтобы не влюбиться в кого-то, столь же… злобного.

— Для меня уже немного поздновато волноваться о том, в кого я влюбилась, — заметила я. — Но даже без предупреждений, кажется, я неплохо справилась.

Он тихонько рассмеялся.

— Я рад, что ты так думаешь.

— Что ж, надеюсь, ты достаточно благоразумен, чтобы держаться подальше от кого-то столь же эгоистичного. В действительности, Кэтрин, а не Хитклифф — источник всех неприятностей.

— Я буду настороже, — пообещал он.

Я вздохнула. Он так хорошо умел отвлекать от темы.

Я прижала его руку сверху своей рукой, чтобы удержать его у своего лица. — Мне нужно увидеть Джейкоба.

Его глаза были закрыты.

— Нет.

— Это правда совсем не опасно, — упрашивала я. — Целые дни я проводила в Ла Пуш со всей их компанией, и никогда ничего не случалось.

Но я допустила промах; мой голос дрогнул в конце, поскольку я поняла, что произнесенные слова частично были ложью. То, что никогда ничего не случалось, было неправдой. Краткая вспышка воспоминаний — огромный серый волк прижался к земле, оскалив на меня свои кинжалоподобные клыки, и пот на ладонях сейчас был отголоском тогдашней паники.

Эдвард услышал, что мое сердце забилось быстрее, и кивнул, будто я вслух призналась во лжи.

— Вервольфы с трудом держат себя в руках. Иногда, люди рядом с ними получают травмы. Иногда, они способны убить.

Я хотела возразить, но другая картинка заставила меня промолчать. В моей голове всплыл образ некогда прекрасного лица Эмили Янг, теперь обезображенного тремя темными шрамами, рассекающими угол ее правого глаза, и навсегда оставившими ее рот искривленным в кривой угрюмой усмешке.

Мрачно торжествуя, он ждал, пока я обрету дар речи.

— Ты их не знаешь, — прошептала я.

— Я знаю их лучше, чем ты думаешь. В прошлый раз я был здесь.

— В прошлый раз?

— Впервые наши с волками пути пересеклись примерно семьдесят лет назад… Мы только что обосновались недалеко от Хокьюэйма. Это было до того, как Элис и Джаспер присоединились к нам. Нас было больше, но это не удержало бы их от схватки, если бы не Карлайл. Он сумел убедить Эфраима Блэка, что возможно жить вместе, и, в конечном счете, мы заключили перемирие.

Имя прадеда Джейкоба поразило меня.

— Мы думали, что после смерти Эфраима род вервольфов прервался, — пробормотал Эдвард; казалось, он теперь разговаривал сам с собой. — Что генетическая причуда, позволявшая превращения, была утрачена… — он замолчал и осуждающе уставился на меня.

— Кажется, твои неудачи, с каждым днем становятся все серьезнее. Понимаешь ли ты, что твое врожденное «везение» по части притягивания смертельных опасностей оказалось достаточно сильно, чтоб возродить к жизни стаю исчезнувших псов-мутантов? Имей мы возможность разлить твое невезение по бутылкам, у нас в руках оказалось бы оружие массового поражения.

Я проигнорировала его подколку, так как все мое внимание было привлечено его словами — неужели он серьезно?

— Но я тут ни при чем. Разве ты не знаешь?

— Знаю что?

— Мое невезение здесь вовсе ни при чем. Вервольфы возродились, потому что вернулись вампиры.

Эдвард уставился на меня, его тело от неожиданности замерло.

— Джейкоб сказал мне, что ваша семья свои присутствием, повлияла на появление вервольфов. Я думала, вы уже знаете об этом…

Его глаза сузились.

— Они так считают?

— Эдвард, взгляни на факты. Семьдесят лет назад вы приехали сюда, и появились вервольфы. Теперь вы вернулись, и снова появляются волки. Ты думаешь, что это совпадение?

Он моргнул, и его взгляд смягчался.

— Эта теория заинтересует Карлайла.

— Теория, — усмехнулась я.

На некоторое время он затих, глядя на дождь за окном; я вообразила, что он обдумывает тот факт, что присутствие его семьи способствует превращению местных жителей в гигантских псов.

— Интересно, но не совсем понятно, — через какое-то время пробормотал он. — Ситуация остается неизменной.

Я могла перевести это гораздо проще: никаких друзей вервольфов.