Читаем Запретные слова полностью

Запретные слова

Как русский мат проникал в литературу — от классиков до современников? Почему одни ругательства табуированы, а другие превращаются в эвфемизмы? Как меняется обсценная лексика под влиянием законов и Интернета? И почему, несмотря на все запреты, русский язык без мата — уже не совсем русский? Как устроен этот пласт языка и почему он так прочно вплетен в нашу речь, рассказали доктора филологических наук Анатолий Баранов и Дмитрий Добровольский.

Анатолий Николаевич Баранов , Дмитрий Олегович Добровольский

Языкознание, иностранные языки18+

<p>Анатолий Баранов, Дмитрий Добровольский</p><p>Запретные слова. Заметки лингвистов о русском мате</p>

<p>Информация от издательства</p>

Научный редактор Ксения Киселева

Баранов, Анатолий

Запретные слова. Заметки лингвистов о русском мате / Анатолий Баранов, Дмитрий Добровольский; [науч. ред. К. Киселева]. — Москва: МИФ, 2025.

ISBN 978-5-00250-357-5


Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.


© Баранов А., 2025

© Добровольский Д., 2025

© Оформление. ООО «МИФ», 2025


<p>Предисловие</p>

Интерес широкой публики к русскому языку почти исчерпывается тремя вопросами: «Как правильно?», «Откуда произошло?» и «Что там с матом?», которые любят задавать журналисты. В этой небольшой книге мы постараемся ответить на последний из них и отчасти на первый. Второй же вопрос, довольно подробно исследованный в научной литературе, мы затронем лишь вскользь.

Почти «наше все» Федор Михайлович Достоевский писал в дневниках: «Народ сквернословит зря, и часто не об том совсем говоря. Народ наш не развратен, а очень даже целомудрен, несмотря на то что это бесспорно самый сквернословный народ в целом мире, — и об этой противоположности, право, стоит хоть немножко подумать»[1]. Что имел в виду классик, сразу не очень понятно. Между тем мысль приятна для нас, русских: мы хорошие, а то, что временами ругаемся нехорошими словами, так это не ругань, а просто энергичная речь. Действительно, говоря: «Идите на хуй», носители русского языка вовсе не имеют в виду пенис (прости господи), а говоря: «Все накрылось пиздой», не имеют в виду вагину.

Целомудренность русского народа общеизвестна: видя буквы «х», «у» и «й», расположенные вместе, народ этот ругается на чем свет стоит. После выхода в свет «Словаря-тезауруса современной русской идиоматики»[2], в котором присутствуют обсценные идиомы, одна из читательниц написала куда надо[3]: «Дети, ученики, студенты, читайте, пользуйтесь идиомами “правильной” нецензурщины — таков призыв академиков, лингвистов XXI века, издавших этот “труд”, где почти на каждой странице матерщинные слова». Труд действительно фиксирует один из вариантов написания обсценных идиом и иллюстрирует значения нехороших выражений примерами употребления из СМИ и художественных текстов. Однако никаких правил не содержит и норм не устанавливает. Разумеется, он не адресован детям, поскольку является научным изданием. Понятно, что школьникам такое без надобности, поскольку соответствующие слова усваиваются в быту безо всяких учебников и словарей. Однако людям, которые интересуются русским языком и хотят понимать реальную русскую речь, без таких словарей не обойтись.

Кроме всего прочего, перед лингвистами стоит задача научного описания русского языка, что предполагает охват всех его регистров, всех сфер употребления, даже если это не отвечает эстетическим и моральным взглядам отдельных его носителей. Впрочем, такие взгляды нам понятны, и мы уважаем людей, которые их придерживаются.

В этой книге мы показываем, что нехорошие слова, часто обозначающие табуированные сферы человеческой жизни, представляют собой неотъемлемую часть русского языка, его словарного богатства. Многие талантливые писатели, воспроизводя в своих текстах речь людей различных социальных слоев и относительно изолированных групп, отражают реальное употребление языка, в котором есть в том числе грубые, неприличные, обсценные слова и выражения. Это касается как русских классиков, так и современных писателей.

Русский язык — живой феномен. Он меняется по своим собственным законам, которые далеко не всегда ясны. Меняется и сфера ругательного. В эсхатологических, то есть критических, ситуациях раньше часто слышалось «Пиздец!». Сейчас стали часто употреблять «Ебать!». Слово блин как речевой сопроводитель неудачного действия оказалось прекрасной заменой обсценного междометия блядь и его краткой формы бля.

Перейти на страницу:

Все книги серии МИФ. Культура

Скандинавские мифы: от Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов»
Скандинавские мифы: от Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов»

Захватывающее знакомство с ярким, жестоким и шумным миром скандинавских мифов и их наследием — от Толкина до «Игры престолов».В скандинавских мифах представлены печально известные боги викингов — от могущественного Асира во главе с Эинном и таинственного Ванира до Тора и мифологического космоса, в котором они обитают. Отрывки из легенд оживляют этот мир мифов — от сотворения мира до Рагнарока, предсказанного конца света от армии монстров и Локи, и всего, что находится между ними: полные проблем отношения между богами и великанами, неудачные приключения человеческих героев и героинь, их семейные распри, месть, браки и убийства, взаимодействие между богами и смертными.Фотографии и рисунки показывают ряд норвежских мест, объектов и персонажей — от захоронений кораблей викингов до драконов на камнях с руками.Профессор Кэролин Ларрингтон рассказывает о происхождении скандинавских мифов в дохристианской Скандинавии и Исландии и их выживании в археологических артефактах и ​​письменных источниках — от древнескандинавских саг и стихов до менее одобряющих описаний средневековых христианских писателей. Она прослеживает их влияние в творчестве Вагнера, Уильяма Морриса и Дж. Р. Р. Толкина, и даже в «Игре престолов» в воскресении «Фимбулветра», или «Могучей зиме».

Кэролайн Ларрингтон

Культурология
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже