Читаем Заповеди Леса полностью

Я села в машину, достала плеер и стала слушать музыку. Обычно она по-могала мне успокоиться, привести в порядок мысли и чувства. Да и даже настрое-ние иногда поднимала. Но, похоже, в данной ситуации даже музыка утратила свою магическую власть над моими чувствами.

Почему-то слёзы подступали к глазам, хотя я и убеждала себя, что уез-жаем мы не навсегда. Но тревогу нельзя обмануть пустыми словами.

Меня словно разрывало на части, но я ничего не могла с этим поделать. Эта тоска была сильнее меня, она могла сломать меня в одно мгновение, но уби-вала медленно и верно. Я посмотрела на Рому, и увидела, что он встревожен. Тре-вога отразилась в его глазах, хотя внешне он и оставался спокоен.

А между тем городская суета сменилась лесным пейзажем. Я смотрела, как мелькают деревья, сливаясь в одну длинную тень. Они словно таинственные по-сланники, провожающие путников в путь.

Мама свернула с трассы на лесную дорогу. По пути нам не попалось ни одной машины, ни одного живого существо. Это усилило мою тревогу. Всё это словно являлось таинственным подтверждением чего-то тёмного и неизвестного. Наша машина петляла в разные стороны. Её кидало из одной ямы в другую, а я сбилась со счёту, считая повороты.

Я уже думала, что этот кошмар никогда не кончится, но неожиданно ма-шина притормозила.

К машине подошла женщина шестидесяти лет, и в ней я без труда узнала свою бабушку. С нашей последней встречи она мало изменилась: те же густые волосы, чуть затронутые сединой, та же светлая кожа и лучистые глаза голубого цвета. Имя её соответствовала внешности — Светлана. От бабушки исходило те-пло, оно же бережно хранилось и в её взгляде.

Пока мы разгружали вещи, мама и бабушка что-то оживлёно обсуждали в стороне, похоже, они спорили. Как я ни старалась прислушаться к их разговору, у меня ничего не выходило. Позже я бросила эту затею.

— Мы готовы! — крикнул Рома. Как настоящий мужчина он забрал у меня тя-жёлые чемоданы, мне же досталась небольшая сумка.

Сколько я себя помню, ты заботишься обо мне, прощаешь все мои стран-ности. Почему?

Мама поочерёдно обняла нас. Прижав меня к себе, она прошептала:

— Я обязательно заберу вас отсюда, — с этими словами она отпустила меня и направилась к машине.

Я смотрела ей вслед, и чувство тревоги не покидало меня. В какое-то мгновение мне захотелось умолять её забрать нас.

Мама уехала, а я продолжала стоять на месте. Мне казалось, что я нахо-жусь за тысячу километров отсюда. Я была где-то там — далеко за горизонтом.

Я не плакала. Годы практики научили меня, что, по сути, от слёз нет ника-кого толку. Они лишь мешают.

— Ну что, пошли? — голос бабушки звучал бодро.

— Пошли, — сказали мы с братом хором.

Сначала мы шли по тропинке, затем бабушка неожиданно свернула с неё и повела нас вглубь леса.

— Разве мы пойдём не по тропинке?

— Никогда не доверяйте лесу.

Мы с братом переглянулись, и потащилась за бабушкой в лес, в самую его чащу.

Возможно, я бы уделила больше внимания бабушкиной фразе, если бы знала, что здесь происходит. Если бы знала, что…

Птицы радостно кружились в небе. Их пение порождало во мне странные воспоминания о чём-то далеком. Полностью погружаясь в природу, я не обращала внимания ни на что вокруг себя. Для меня существовало только солнце, птицы и лес.

Было что-то невообразимо притягательное в этой дикой, неизведанной природе.

Я наслаждалась этим, ловила каждое мгновение. В городе такого не бы-вает. В городе воздух пропитан машинами, в городе птицы не поют так, как в лесу. Может, здесь будет не так уж и плохо?

Я вспомнила, как увидела своё первое видение.

Мне девять. Я выхожу на улицу покормить птиц. Они всегда прилетают в одно и то же время.

Мне не хорошо, голова кружится, и тошнота подступает к горлу, но я всё же никому об этом не говорю.

Пелена затягивает глаза, я ничего не вижу несколько секунд, затем ост-рая боль пронзает всё моё тело, я кричу и падаю на землю. В моём сознании воз-никают картинки, я вижу их, но не запоминаю. Лишь отдалённые образы откла-дываются в памяти. Но боль настолько сильная, что я теряю себя, растворяюсь в собственном крике.

Я вижу кровь и вижу смерть.

И я думаю, что это никогда не прекратится, когда вдруг меня выбрасы-вает в реальность.