Читаем Заповеди Леса полностью

Я открываю глаза и вижу лес, он окружает меня уже сотни лет, но я ни-как не могу привыкнуть к этой клетке. Возможно, она и прекрасна, но я не вижу цветов, не различаю их, в моём мире всё однозначно серое, и темница никогда не станет домом.

Полная луна даёт о себе знать, голод вытесняет человека из меня. Я те-ряю разум, я теряю контроль. Но мне всё равно.

Кровь. Эта алая жидкость предстаёт перед моим мысленным взором. Я помню, какого цвета она должна быть и чувствую, что она теперь навсегда яв-ляется единственной ценностью в моей нынешней жизни.

Я теряюсь в собственном безумии, меня больше нет. Есть лишь зверь, приносящий смерть всему живому на этой земле…

И я проснулась с чувством пустоты. Рядом со мной никого не было: Рома, должно быть, ушёл несколько часов назад, чтобы мать не заметила. Она не пони-мала, что только мой брат мог помочь мне справиться и с видениями, и со снами.

Озноб бил моё тело, не слишком приятное пробуждение. Хотя мне…

Пора бы уже к этому привыкнуть, ведь минуло десять лет, с тех пор как я впервые увидела этот сон. Тогда всё было намного хуже, я закричала, перепугала близких мне людей, но они не могли разбудить меня. Сон сам решал, где ему оборваться. Каждый раз на одном и том же месте. Я не могла проснуться раньше, чем стану зверем.

На следующую ночь всё повторилось.

С того времени он снился мне постоянно. Несколько лет я пыталась разга-дать его смысл, расшифровать тайное послание, но, в конце концов, сдалась.

Помню, поначалу я так боялась его, что старалась не спать, но чтобы я не делала, сон забирал меня к себе, а потом возвращал назад. От него нельзя было спрятаться, от него нельзя было убежать.

Шли годы, я менялась, но сон оставался прежним. И я чувствовала, что сама становлюсь его частью, растворяюсь в нём.

Раньше я часто задумывалась: каково это быть обычной? Во сне видеть не тайные знаки, а своих кумиров. Ходить в школу, влюбляться, сплетничать. Это не слишком много, это не какие-то высокие ценности, но я была этого лишена. А любопытство — страшная вещь.

Всё моё детство сплошная тайна, и из-за этой тайны я была вынуждена от-казаться от многого. Я ходила в школу всего лишь два года, пока один случай на-всегда не закрыл для меня этот путь, а после долгие годы домашнего обучения и заочное отделение нашего родного университета.

В детстве, ещё в раннем детстве, я видела призраков. Они приходили ко мне, успокаивали и играли со мной, они были моими истинными друзьями. Но я росла, и мои друзья становились моими злейшими врагами. Врагами, которые старались затащить меня в царство мёртвых раньше времени. Они приходили и шептали мне, что я — обманщица, что я не должна притворяться живой.

И, возможно, они были правы. Где-то в глубине души я всегда понимала, что не принадлежу этому миру полностью. Мои ведения, мои сны, моя способ-ность видеть нечисть — всё это не было нормальным для обычного человека.

Будущее иногда так туманно. Моя жизнь была калейдоскопом случайно-стей, которые нередко приводили к трагическому финалу. Я видела будущее, но не могла его изменить. Моя роль — роль стороннего наблюдателя — не предпола-гала какого-либо вмешательства.

А моё будущее — ещё одна неопределенность в этом театре абсурда. Каза-лось, что я в одно мгновение просто перестану существовать и всё. Никто, кроме двух близких мне людей, не заметит моего отсутствия. Но, возможно, даже они однажды вздохнут с облегчением, когда поймут, какой обузой я была.

Я задумалась над своим будущим, но ненадолго. На улице светало, я стала собираться, ведь наступил день моего отъезда.

На кухне послышался шум, а потом до меня донесся крик матери:

— Злата, вставай! Завтрак готов! — я вышла из своей комнаты и направи-лась на кухню. По всему коридору витал запах жареного бекона и кофе.

— Доброе утро, — сказала я, потягиваясь и зевая.

Мой брат уже сидел за столом и жевал бутерброд, в качестве приветствия он произнёс, что-то нечленораздельное.

Моего брата звали Рома. Он не был мне родным, но это никогда не имело значения. Моя мама удочерила меня, когда я была ещё совсем маленькой. Своих настоящих родителей я не знала, но для меня люди, вырастившие меня, всегда были настоящими родственниками, в мире не было никого, кто был бы мне ближе, чем они. Особенно Рома, он заменял мне всё и всех.