Читаем Занимательные истории полностью

Сура эта длинная, но я помню только эти слова.

Когда аль-Мутанабби уже стал привычным гостем при дворе Сайф ад-Даули, — а мы в то время были в Халебе, — ему напоминали об этом его “Коране” и о других подобных вещах, которые люди рассказывали о нем, но он обычно все это отрицал.

Однажды грамматист Ибн Халавайх сказал ему в собрании у Сайф ад-Даули: “Если бы кое-кто не был глупцом, он не допустил бы, чтобы его прозвали аль-Мутанабби[41], ведь это означает „лжец". Человек, который согласен, чтобы его так называли, — глупец!”

Аль-Мутанабби ответил: “Мне совсем не нравится это имя! Но так меня называют только те, кто хочет унизить меня в глазах других, а я не знаю, как избавиться от этого прозвища”.

Я сам, проезжая через аль-Ахваз по дороге в Фарс в 354 году[42], долго беседовал с аль-Мутанабби и спросил его о значении его имени, ибо хотел услышать от него самого, действительно ли он выдавал себя когда-нибудь за пророка. Он ответил уклончиво: “Когда-то, еще в пору моей юности, случилось такое, что можно объяснить только молодостью”. Я постеснялся расспрашивать его подробнее и оставил эту тему.

Абу Али ибн Аби Хамид продолжал:

— Мой отец сказал мне, когда мы были в Халебе и он услыхал, как кто-то читал упомянутую суру Абу-т-Таййиба аль-Мутанабби: “Если бы он не был глуп, он не стал бы сопоставлять свои слова „Иди своей дорогой..." со стихами Аллаха всемогущего „Рассеки же, как тебе приказано, и отвернись от многобожников! Ведь Мы, поистине, избавили тебя от насмешников..."[43]. Разве сравнимо красноречие этих двух изречений, и разве есть между ними какое-нибудь сходство?!”

Рассказы о сочинителях писем

(2, 132, 261) Сыновья Насир ад-Даули, Хусайн и Ибрахим, выступили против своего брата Абу Таглиба Фадлаллаха, после того как тот захватил их брата Мухаммада и, заточив его в крепость, завладел всем его имуществом. Они вторглись в его земли, намереваясь сразиться с ним в союзе с другим братом, Хамданом, объединив свои силы с его силами. Когда Абу Таглиб вышел против них во главе своего войска, Хамдан потерпел поражение, Хусайн перешел на сторону Абу Таглиба, Ибрахим поспешил в Багдад, во дворец султана, ища там спасения. Все это началось в месяц шабан 360 года[44], а мир был заключен в месяц шавваль[45].

Вот письмо, которое Абу Мухаммад Яхья ибн Мухаммад ибн Сулайман ибн Фахд написал Абу Таглибу, поздравляя его с этим событием:

“Аллах всегда с нашим господином и повелителем эмиром — да сохранит его Аллах, и да не оставит его своей помощью, и да поразит его врагов! — ниспосылая ему великие дары и особую милость, непрестанно направляя его и помогая ему в достижении его целей. Все это происходит благодаря благим намерениям и истинной вере, которыми Аллах наполнил его душу превыше всех других людей, а также благодаря неизменному стремлению к истине во всех его начинаниях, которым особо отметил его Аллах! Во всех его начинаниях — да поможет ему во всем Аллах! — заложен благоприятный исход, они всегда предвещают успех всему делу от начала и до завершения. Его замыслы — благодарение Аллаху! — всегда разумны, а его знамена всегда несут в себе победу. Аллах не оставляет его своими милостями, потому что он исполнен благодарности. А возрастая, благодарность его сулит ему еще большие милости и большую помощь. Его высокая доблесть, неоценимые и возвышенные добродетели, его достойный величайших похвал и угодный Аллаху нрав будут и далее укрепляться дарами Аллаха, который неизменно будет защищать его, обогащать его и осыпать благословениями, даруя ему победы и насылая поражения на его врагов, прославляя его имя — да укрепит его Аллах! — во всех землях и разжигая его факелы — да воспламенит их Аллах! — ярче всех. Разносящие новости по свету станут превозносить его имя, и возблагодарят его на всех языках, ближних и дальних.

Хвала Аллаху за щедроты, которыми Он осыпал его! К Аллаху обращаемся мы, прося преумножить дары и сопутствовать ему при начале и завершении любого дела, возвышать его над всеми завистниками и противниками и всеми, чинящими ему препятствия.

Хвала Аллаху, увенчавшему успехом его странствие, даровавшему ему удачу и в движении, и в покое, благоприятствовавшему ему во всякое время года, делавшему его достойным хвалы и на стоянке, и в пути, посылавшему ему самые прекрасные предзнаменования доброго исхода в завоевании благодарности и благословения подданных, воля которых сольется воедино, как бы ни рознились их мысли!

Мы уповаем на Аллаха в нашем стремлении приблизиться к Нему, просим Его направить нас, чтобы мы заслужили Его милость. Воистину Он наш верный друг, Он всемогущий!

Воистину Аллах — слава Ему! — проник в помыслы его друзей и подданных и, даровав ему победу над врагом, исполнил упования его слуг и рабов его щедрости. Их благодарность Аллаху всевышнему за ниспосланные ему помощь и милость соответствует их месту и их количеству, их положению и доле добычи, которая достанется им, и доле, которая достанется другому, как ближнему, так и дальнему.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
100 великих деятелей тайных обществ
100 великих деятелей тайных обществ

Существует мнение, что тайные общества правят миром, а история мира – это история противостояния тайных союзов и обществ. Все они существовали веками. Уже сам факт тайной их деятельности сообщал этим организациям ореол сверхъестественного и загадочного.В книге историка Бориса Соколова рассказывается о выдающихся деятелях тайных союзов и обществ мира, начиная от легендарного основателя ордена розенкрейцеров Христиана Розенкрейца и заканчивая масонами различных лож. Читателя ждет немало неожиданного, поскольку порой членами тайных обществ оказываются известные люди, принадлежность которых к той или иной организации трудно было бы представить: граф Сен-Жермен, Джеймс Андерсон, Иван Елагин, король Пруссии Фридрих Великий, Николай Новиков, русские полководцы Александр Суворов и Михаил Кутузов, Кондратий Рылеев, Джордж Вашингтон, Теодор Рузвельт, Гарри Трумэн и многие другие.

Борис Вадимович Соколов

Биографии и Мемуары
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное