– И мне от этого должно стать легче? – интересуюсь я, раздраженная проведенным на мне экспериментом.

– Конечно нет. Но мы надеялись на лучшее. Извини, если тебя это огорчило.

– В данный момент меня огорчает, что скоро начнется очередная игра.

– У нас еще есть время, – напоминает Антон.

– Надеюсь.

– Передохни, – говорит он, поднимаясь с места. – Скоро вернусь.

Ответив ему быстрым кивком, я осознаю, что не готова признаться в убийстве Софии. Как не готова стать приманкой для организаторов. Слишком ценна для меня память о Стасе, чтобы отказаться от жизни, которую он мне подарил.

<p>27 глава</p>

Свою мечту о полете я осуществила вместе с Бэль. Поделившись с подругой давним желанием воспарить над землей, я не ожидала, что она примет его с таким энтузиазмом. Оказавшись на море, мы сразу обратили внимание на взмывающие над водой парашюты.

Ожидая очередь на парасейлинг, я вспоминала, как сильно Стас был против этой затеи. Он всегда пугал меня самыми разными вариантами развития событий: оборвется трос, налетит стая птиц, поднимется сильный ветер, сломается катер. Но мне все равно хотелось, чтобы он видел меня в тот момент. Тогда бы он знал, как сильно я стараюсь жить.

– Не страшно? – спросила Бэль, когда мы поднялись на катер.

– Нет.

Как только мы отошли от берега, нас нарядили в жилеты и провели инструктаж. После того, как к нам прицепили парашюты, мы с подругой сели на палубе и стали ждать, когда взлетим.

– А вот сейчас уже немного страшно, – призналась я.

– Может, откажемся, пока не поздно? – жалобно протянула Бэль.

– Поздно, девушки, – сообщил нам капитан судна.

Мы не успели переглянуться, как взмыли в воздух и поднялись на высоту птичьего полета.

– Так высоко! – воскликнула я, завороженная открывшимся видом.

Город и все люди в нем стали такими маленькими и незначительными, что это даже смешно.

– Они похожи на муравьев, – сказала подруга, глядя на отдыхающих, плескающихся в море.

Свобода подобна лабиринту: думаешь, что нашел выход, а на самом деле зашел в тупик. Но на высоте все было иначе. Я впервые оказалась недосягаема для косых взглядов и по-настоящему свободна от жизни, оставшейся внизу. Какое мне дело до копошащихся на пляже людей, когда вокруг меня такое прекрасное чистое небо?

Склонив голову набок, я разглядывала бескрайнее синее море. Неодобрительный голос Стаса звенел в голове, а чувство вины за содеянное на игре никуда не исчезло. Но, находясь наверху, я точно знала, что, упади мое тело вниз, я бы ни капли не расстроилась. Напротив, утонула бы абсолютно счастливой.

Взглянув на подругу, которая поднялась на такую высоту, чтобы помочь мне осуществить мечту, я не смогла сдержать счастливую улыбку. Жизнь разодрала ее душу на части, но она самостоятельно склеила ее обратно. Глядя на Бэль, мне так сильно захотелось однажды сказать, что и я смогла собрать себя по кусочкам. Но вряд ли это возможно, пока полиция не арестует каждого причастного к произошедшему на игре.

В допросную Антон возвращается уже вместе с Владимиром. Странно переглянувшись, они не спешат занимать свои места за столом, а продолжают стоять у двери.

– Что-то случилось? – с тревогой спрашиваю я.

– Организаторы сократили время до начала игры, – сообщает детектив.

– На сколько?

Их молчание дает понять, что дела наши крайне плохи.

– Осталось два часа, – почти шепотом говорит Антон.

– Но почему? Что мы сделали не так?

– Возможно, им просто надоело ждать, – предполагает Владимир. – У нас почти не осталось вариантов.

– Кроме того, в котором вы используете меня как приманку.

Меня злит, что они жмутся на пороге вместо того, чтобы сказать все прямо.

– Мы не требуем от вас сиюминутного решения, – успокаивает меня детектив. – Кстати, я тут кое-что принес.

Я с интересом разглядываю протянутый мне конверт.

– Что это?

– В нем письма, которые передала Ева. Сказала, что они много для вас значат.

В который раз за день у меня пропадает дар речи.

– Это…

– Мы не читали их, если что.

– Но зачем она мне их дала?

– Мы рассказали ей о сложившейся ситуации. Она считает, что эти письма помогут вам принять верное решение.

– Ясно. Передайте ей спасибо.

– Обязательно… Мы оставим вас ненадолго, чтобы вы смогли почитать и… подумать.

Я не хочу принимать повисшее в воздухе после их ухода решение.

Распечатав конверт, я достаю оттуда три письма, написанные моим покойным друзьям.

Милая Анна!

Я рада, что ты не представляешь, каково лишиться лучшей подруги. Или каково не попрощаться с ней, а застать ее в тот момент, когда говорить что-либо уже слишком поздно и абсолютно бессмысленно. Больше всего на свете мне хочется все исправить. Не втягивать тебя в это, не звать с собой на игру.