Читаем Закрытые страницы истории полностью

Ямиля, по здешним понятиям, современная женщина: умеет читать и писать, знает даже, что Италия находится в Европе. Когда переводчик объяснил моим хозяевам (точнее, хозяйкам), с какой целью я приехала, женщины стали разговорчивее, попросили нас сесть на лавки, и старшая рода, Хава (мать Ямили), охотно ответила на вопросы. Я в свою очередь рассказала ей, что в Европе мужчина считается главой семьи, что женщины и дети принимают его фамилию. Хава была безгранично удивлена.

– А еще что? – полюбопытствовала она. – Может, у вас женщина и слушается приказов мужчины? Может, он предлагает ей замужество?

Я киваю.

Женщины смотрят на меня подозрительно – не верят. У них женщина содержит мужчину. Хава и ее дочь твердят, что счастливы. Беспокоит их только то, что белые скупают все большие и большие участки джунглей, а это значит, что скоро придется перебираться в другое место.

– За кого отдадим мы тогда наших сыновей? – этот вопрос угнетает их больше всего. Юнос, сын Ямили, уже подрастает. Он единственный мужчина в их обществе.

– Бог создал бедного Юноса мужчиной, – говорит Ямиля, – а мир жесток к мужчинам. Он должен научиться какому-нибудь ремеслу, чтобы заработать на приданое. Питаю надежду, что он найдет женщину с участком земли. Я продала для него уже три зуба. Зубы – мой банк. Земля – для дочек, а зубы – сыну. Когда мне нужны деньги, я еду в город, и мне снимают одну из золотых коронок. Это немного больно, но что делать? За один из зубов я купила ему недавно очки в толстой оправе.

Вернувшись в Куала-Лумпур, я узнала, что в джунглях живет едва ли десяток таких родов, остальные вымерли или приняли другие формы существования. Да и оставшиеся обречены на гибель, чему весьма способствуют власти. Скандальным фактом, по их мнению, является то, что в Федерации Малайзии живут еще «дикие женщины» – так их называют. Один из представителей администрации объяснил мне, что женщины этих родов не хотят принимать участие в выборах, ибо считают, что выборы – забава честолюбивых мужчин, алчущих власти: «Они стремятся получить в свои руки власть, чтобы навязать всем свой ленивый образ жизни»».

Обычаи, подобные этим, не такое уж исключение. Они мало чем отличаются от того, что можно видеть сегодня у наиров, живущих в Индии, на Малабарском берегу. Этническая группа эта довольно велика – их свыше полутора миллионов.

Поселения наиров состоят обычно из нескольких усадеб, каждая из которых является чем-то вроде крепости, хорошо защищенной и с трудными подступами. В такой усадьбе живет одна родственная группа. Возглавляет эту большую семью женщина.

Когда девушке наиров приходит время выходить замуж, ей не нужно дожидаться женихов или гадать, кто остановит на ней свое благосклонное внимание. Инициатива брака принадлежит ей самой или ее родственникам, которые выбирают будущего супруга.

Слово «супруг», впрочем, не совсем точно. Скорее это «приходящий супруг». И муж и жена продолжают жить в семье своих родителей. Супружеская жизнь сводится к тому, что время от времени муж посещает свою жену и ночует у нее в доме. Естественно, что у таких супругов не может появиться общего имущества. Со своими детьми отец почти не встречается. Вообще же проявлять какое-то внимание или интерес к своим детям со стороны отца считается у наиров чем-то непристойным.

Для того чтобы такой брак прервался, достаточно бывает незначительного повода. Как и в заключении брака, инициатива здесь тоже принадлежит женщине. В один прекрасный день сама жена или ее родственники намекают «приходящему супругу», что неплохо было бы, если бы он прекратил свои визиты, а лучше всего совсем забыл бы дорогу к этому дому. Мужчины-наиры, привыкшие во всем повиноваться своим женщинам, покорно внимают этому совету.

В прошлом, когда некоторые группы наиров объединялись в княжества, власть наследовалась тоже только по женской линии.

Итак, кое-где женщинам удалось сохранить свои позиции и сегодня. Сколь многочисленны подобные «островки» женского царства, сказать трудно. До сих пор значительные районы земного шара остаются фактически недоступными для исследователя. Прежде всего это те районы Южной Америки, где и сейчас можно предположить существование «амазонских территорий». В Бразилии, между реками Тапажос и Шингу, расположена территория величиной с Бельгию, на которую не ступала еще нога исследователя. Как утверждают некоторые путешественники, в лесистых дебрях вокруг озера Титикака (на границе Перу и Боливии) до сих пор будто бы обитают амазонки. Индейцы окрестных племен называют их «уру». Предводительница «уру» якобы сведуща в тайных знаниях и колдовстве.