Читаем Закон сильного полностью

– А ведь это выход! – оживилась Змейка. – Вот уж не думала, что Костыль способен изобрести что-то дельное! – (В ответ на это любезное замечание стрелок сплюнул свое коронное «иди ты», на которое никто не обратил внимания.) – Нет, правда. Уйдем туда, где не достанут ни Угорь, ни чародеи. И с людьми не будет таких проблем. Сколько еще придется разыскивать нормальных ребят среди местного сброда!

Из невысказавшихся остались я и Подсолнух. Друг долго раздумывал, скреб вихрастый затылок, и я уж думал, сейчас выдаст чего-нибудь умное. Вместо этого он ожидающе глянул на меня:

– Ну а ты что?

Мне оставалось лишь развести руками:

– А что я! Во-первых, у меня уговор с Угрем. А во-вторых и главных, это мой единственный шанс обуздать свой дар и стать полноценным магом. Я остаюсь в любом случае. А вы думайте сами.

– Чертополох воздержался, нас большинство, – поспешила отметить Змейка, с надеждой уставившись на Подсолнуха.

– Но-но, развели тут Совет Академии! – грозно цыкнул тот. – Раз Чертополох говорит, что пока не у дел, за главаря теперь я. Мне и решать, а никакому не большинству. И вот что я вам скажу. Кончайте-ка этот балаган. Чертополох рисковал за нас до последнего. Ради нас испортил отношения с Угрем. Я уж не говорю обо всем, что он сделал для банды до того. А вы предлагаете взять его и бросить? Чтоб я последний раз слышал о чем-то подобном! Мы остаемся. А недовольных я не держу.

И Змейка, и Костыль, ценнейшие члены банды, но без товарищей за спиной едва тянущие на половину бойца, признавать себя недовольными не спешили.

– Только попробуй потом пожаловаться! – шикнула Змейка, сверкнув глазами.

– Мне все равно, – буркнул Костыль, отворачиваясь к окну.

– Ну вот и ладненько, – беззаботно хмыкнул Подсолнух. – Так что учись своей магии, Чертополох, и ни о чем не думай. А мы пока наведем порядок в банде. А потом снова соберемся вместе и поначистим морды всем, кто окажется на пути.

Впервые в жизни я всерьез задумывался о том, какое несчастное животное – паук. Это был мой, наверное, сотый опыт по созданию магической нити. Он же первый успешный. На тему того, как бы оно могло делаться, я размышлял долго. Лучшее, что пришло в голову, было вытянуть тот самый сияющий ореол в тонкий жгут и попытаться отправить в самостоятельное существование. Результат оказался плачевным. Вместо ровной сияющей нити с моих рук сходило нечто сильно смахивающее на вывороченные кишки. Это с виду работа мага кажется плевой. Щелк пальцами – и летит заклятие на погибель всем врагам. Не исключено, конечно, что уроды в Академии именно так и делают. А вот мне пришлось промучиться не знаю сколько, чтобы произвести в итоге два локтя неаппетитной дряни. И теперь я ломал голову, куда бы ее деть. В том, что она рассеется сама по себе, я сильно сомневался. Если ореол вокруг тела воспринимался чем-то более-менее своим, то сила, выделенная в жгут, ощущалась примерно как волосы или ногти. Вроде бы растет из тебя, а вроде и уже постороннее.

И на кой мне понадобилось столько? Обрадовался, болван, что получается! От маленького кусочка нити можно было попробовать избавиться без боязни, а вот это… Не приведи звезды, пальцы поотрывает, если не руку целиком!

В который раз за свое магическое самоучение я оказывался в исключительно дурацком положении. Вот что теперь прикажете делать? Таскаться с этаким привеском? Не смешно. И в конце концов, рано или поздно мне захочется спать. Я пробовал из любопытства засыпать, наполнив тело силой. Каждый раз дар засыпал вместе со мной. Так что стоит усталости свалить меня с ног, нить освободится… И бабахнет. Ну уж нет. Пусть лучше это случится во время сознательной попытки решить возникшую проблему, чем вот так, во сне.

Вообще, хорошо бы эту дрянь куда-нибудь отбросить. Точнее, не куда-нибудь, а в щит, затем их тут и понавесили. Знать бы еще как.

Я двинул рукой. «Кишка» послушно потянулась следом. Вот ведь гадство! Одного из своих заклятых врагов покойный Трехпалый казнил, бросив связанным в подвал и прицепив на веревки неисправный артефакт. Говорят, несчастный сошел с ума от ежемоментного ожидания смерти куда раньше, чем артефакт и впрямь рванул, отправляя его в очередь небесного перерождения.

Теперь я мог на своей шкуре прочувствовать, каково это – таскать на себе собственную погибель. Как только мне удастся отцепить эту штуковину, в тот же момент она и взорвется. Может, убить и не убьет, но покалечит точно. А если не отцеплять? Если затушить ее о щит прямо так? Пожалуй, это единственный шанс…

Широко размахнувшись, будто цепью, я хлестнул своим ублюдочным творением по сияющей завесе. И в тот же момент, когда конец нити соприкоснулся с поверхностью щита, резко погасил дар. Управлялся я с ним уже настолько естественно, что с трудом понимал, как мог существовать без этого целых семнадцать лет. Я почти что успел. Щит полыхнул ослепительной многоцветной вспышкой, поглощая магию нити, и руку словно пронизало сотнями раскаленных игл. Это случилось в то краткое мгновение, пока злополучный жгут еще являлся обособленной частью моей силы.