Читаем Закон Линча полностью

— Странно, — прошептала девушка. — Не могла же эта шкатулка пропасть.

— В этом я убежден так же, как и вы. Но в чьи же руки она попала? Вот что я хотел бы знать.

Молодая девушка задумалась.

— Когда вы заметили ее исчезновение? — спросил минуту спустя дон Пабло.

— Всего несколько мгновений спустя после смерти Гарри. Напуганная шумом битвы и грохотом землетрясения, я почти лишилась рассудка, но все же припоминаю одно обстоятельство, которое может навести нас на верный путь.

— Говорите, Эллен, говорите! Что бы ни пришлось сделать, я готов.

Девушка несколько мгновений смотрела на него с некоторой нерешительностью. Затем она наклонилась к нему, взяла его за руку и произнесла голосом, нежным как пение птицы:

— Дон Пабло, нам необходимо прямо и откровенно объясниться!

— Я не понимаю вас, Эллен, — пробормотал молодой человек, опуская глаза.

— Нет, — возразила она, грустно улыбнувшись, — вы меня понимаете, дон Пабло. Но так и быть, если вы делаете вид, что не знаете, о чем я говорю, то я выражусь так, чтобы между нами не было никаких недоразумений.

— Говорите, Эллен. Хоть я и не подозреваю, о чем идет речь, но предчувствую какое-то несчастье.

— Да, — подтвердила она, — вы правы: несчастье заключается именно в том, о чем я собираюсь вам сказать, если только вы не обещаете оказать мне услугу, о которой я вас умоляю.

Дон Пабло поднялся.

— Зачем притворяться дальше? Если я не могу добиться того, чтобы вы отказались от своего плана, то объяснение, которого вы от меня просите, совершенно бесполезно. Неужели вы думаете, — продолжал он, нервно шагая из угла в угол, — что я не рассматривал тысячу раз со всех сторон то странное положение, в котором мы находимся? Судьба свела нас посредством одной из тех случайностей, которых не может предусмотреть никакая мудрость человеческая. Я вас люблю, Эллен, люблю всеми силами души, вас, дочь врага моей семьи, руки которого еще обагрены кровью моей сестры, убитой им без малейшего содрогания, самым низким образом! Я знаю это, я дрожу при мысли о моей любви, которая в глазах предубежденного света может показаться чудовищной! Что бы вы мне ни сказали, все это я уже не раз говорил себе сам. Но роковая сила несет меня по этой наклонной плоскости. Воля, разум, решимость — все разбивается перед надеждой увидеть вас на одну минуту, обменяться с вами несколькими словами! Я люблю вас, Эллен, люблю так сильно, что готов ради вас пренебречь родными, друзьями, отказаться от всего! Меня попытаются заставить отказаться от этой любви, но я не в силах буду этого сделать.

Молодой человек произнес эти слова задыхающимся голосом, как человек, решение которого бесповоротно.

Эллен опустила голову, и две слезы медленно скатились по ее побледневшим щекам.

— Вы плачете! — воскликнул он. — Боже мой! Неужели я ошибся и вы меня не любите?

— Люблю ли я вас, дон Пабло? — отвечала она с глубоким чувством. — Да, я вас люблю более, чем самое себя. Но, увы! — эта любовь будет нашей гибелью. Непреодолимая преграда разделяет нас.

— Может быть! — воскликнул он с горестью. — Нет, Эллен, вы ошибаетесь, вы не дочь, вы не можете быть дочерью Красного Кедра. О-о! Эта шкатулка, эта проклятая шкатулка! Я отдал бы половину отпущенной мне жизни, чтобы найти его. В этой шкатулке, я убежден, находятся те доказательства, которые я ищу.

— Зачем убаюкивать себя напрасной надеждой, дон Пабло? Я сама слишком легко поверила словам, без всякой связи произнесенным скваттером и его женой. Воспоминания моего детства обманули меня, это более чем верно. В этом я убеждена теперь, и это всем подтверждается. Я действительно дочь этого человека.

Дон Пабло гневно топнул ногой.

— Пустяки! — воскликнул он. — Это невозможно, коршун не вьет гнезда вместе с голубкой, и демоны не могут создавать ангелов! Нет! Этот злодей не отец вам!.. Слушайте, Эллен. Я не имею никаких доказательств — наоборот, по-видимому, всё должно убеждать меня, что я ошибаюсь, все доказательства всецело против меня, но, каким бы безумством это ни казалось, я уверен, что прав и что сердце не обманывает меня, подсказывая, что этот человек для вас чужой.

Эллен вздохнула.

Дон Пабло продолжал:

— Эллен, мне уже пора покинуть вас. Оставаться с вами дольше значило бы подвергать вас опасности. Дайте же мне те указания, которых я жду.

— Для чего? — прошептала она с унынием. — Ведь шкатулка пропала.

— Я не согласен с вами — наоборот, я думаю, что она попала в руки человека, который намерен извлечь из этого пользу для себя. Как именно — я не знаю, но я узнаю, будьте уверены в этом.

— Если вы требуете, то слушайте, дон Пабло, — хотя то, что я скажу вам, сущие пустяки.

— Самого слабого света будет для меня достаточно, чтобы выбраться на верный путь и помочь найти то, что я ищу.

— На то воля Божья! — со вздохом произнесла она. — Вот что я могу сообщить вам… и то я не могу быть уверена, что не ошиблась, ибо в то мгновение я была так потрясена, что не знаю наверное, видела ли я это, или мне только показалось.

— Что же это, наконец?.. — с нетерпением произнес молодой человек.