Читаем Заххок полностью

– Чего кричишь?.. С чем ты согласна? Сжечь или голову отрубить?

– Замуж за вас выйти согласна. Только брата отпустите.

Зухуршо словно окончательно проснулся.

– Как? Что ты сказала?

– Я согласна выйти за вас замуж, если не тронете моего брата, – раздельно и отчётливо проговорила Зарина.

Зухуршо усмехнулся:

– Просишь?

Зарина, поколебавшись, отчеканила:

– Прошу.

– Даврон, будь свидетелем, – сказал Зухуршо. – Девушка просит, чтобы я на ней женился.

Моё сердце замерло… Что ответит Даврон? Вмешается ли? Защитит ли? Недавно в Ворухе он не захотел спасти Гиёза, плюнул, ушёл… Заступится ли сейчас за Зарину?

Даврон молчал, и Зухуршо повернулся к Зарине:

– Ты обещаешь?

На этот раз Зарина не колебалась.

– Обещаю.

Я шагнул вперёд и сказал:

– Она не имеет права обещать. Её слово ничего не значит. Непорядок, если любая девчонка начнёт выбирать, за кого ей выйти замуж… Дедовские обычаи нельзя нарушать. Вы таджик, мусульманин, вы знаете. Старшие в семье решают. Таков наш закон…

С каждым моим словом лицо Зухуршо мрачнело. Добродушная усмешка сменилась злобным оскалом. Ещё миг и…

Но тут наконец вмешался Даврон:

– Мужик прав, Зухур. У них свой устав, а уставы не обсуждаются. Пусть он решает.

Зухуршо обернулся, медленно осклабился:

– Это приказ или совет?

– Совет, – отрезал Даврон.

– Хуш, ладно. Пусть будет совет… Значит, Даврон свататься советует. Одна беда – где сватов найти, не знаю. Гадо уже один раз испортил дело. Неприлично его вновь назначать. Опять отказ получит. Может, Даврон согласится? Он мне не родня, но порой и чужих в сваты приглашают. Достойных людей…

Он прикидывался, будто рассуждает вслух, но я догадался: все же опасается обратиться прямо к Даврону. Знает, что получит резкий и оскорбительный ответ. Соблюдает границу. Он помолчал немного и продолжил:

– На Даврона, оказалось, тоже надеяться нельзя. Он дедовских обычаев не знает. Городской человек… Придётся кишлачных спрашивать.

Возвысив голос, он закричал:

– Эй, люди! Хочу взять в жены девушку из вашего селения. Кого в сваты посоветуете? Кто у вас самый почтенный?

Толпа заволновалась. Но не успели мужчины выкрикнуть несколько имён, как откуда-то из задних рядов, растолкав всех, выскочил Горох и заковылял к Зухуршо, на ходу выкрикивая:

– Меня возьмите, меня! Я сватом быть готов!

Прошкандыбал несколько шагов, остановился. Смекнул, должно быть, что слишком зарываться не стоит.

Раис крякнул:

– Э, скотина! – и к Зухуршо обратился: – Товарищ Хушкадамов, извините…

Но Зухуршо от него отмахнулся и скомандовал:

– Подойди сюда, почтенный.

Горох приблизился, встал навытяжку почтительно, но вместе с тем и шутовски, с какой-то издёвкой.

– Обычаи знаешь? – спросил Зухуршо.

Шокир потупил бесстыжие глаза:

– Под дождём побывал…

– Товарищ Хушкадамов, – осторожно вмешался раис, – это у нас, извините, один такой человек, знаете… Его не слишком уважают. Совсем не годится, чтоб вашим сватом стать. Вам бы, извините, лучше какого-нибудь достойного старика пригласить.

– И этот сойдёт, – отрезал Зухуршо. – Не царевну сватаем. Какова невеста – таков и сват.

– Это всему нашему селению обида, – сказал престарелый Додихудо. – Соседи смеяться станут – в Талхаке, мол, ни одного уважаемого человека не нашлось. А главное, вам неподобающего свата брать зазорно.

– Обо мне, старик, не печалься. Пословицу слышал: «Солнце глиной не замажешь»?

Шокир спросил:

– Как прикажете свататься? На городской манер или по-нашему, по-деревенски? Мы, горцы, – люди простые, некультурные, обычаи у нас грубые. Вам могут не понравиться…

– Сватай по-вашему, – приказал Зухуршо.

Шокир медленно потёр руки, словно готовился к работе. Отошёл немного назад, переступил с ноги на ногу и мелкими ковыляющими шажками двинулся ко мне. Перекошенный, с тощей шеей, торчащей из воротника изношенного чёрного костюма, он походил на грифа, облезлого стервятника с обрубленными крыльями, который топчется в брачном танце. Подошёл, открыл рот и…

В этот миг у стены мечети раздались крики. Дрались между собой боевики, которых привёз с собой Зухуршо. Кучка дерущихся, как собачья свора, потянулась в сторону и скрылась за дальним углом. И почти сразу же грянул выстрел.

– Всем оставаться на местах! – приказал Даврон и побежал к мечети.

Вопли и брань, доносящиеся из-за угла, усилились, затем внезапно смолкли. Зухуршо бросил Гороху:

– Эй, почтенный, чего ждёшь? Приступай.

Шокир вновь потёр руки и изготовился к своему нелепому брачному танцу. Я не сомневался, что он замыслил какой-то длинный издевательский ритуал, однако Зухуршо не позволил ему разгуляться.

– Не тяни. Достаточно двух слов.

Шокир, насколько мог, вытянулся в струнку:

– Итоат! Слушаюсь!

От шутовства вновь не удержался, но приказ выполнил буквально – уставил на меня палец и каркнул:

– Отдашь девушку?

Мне для ответа хватило одного слова. Я собрал все своё мужество, отбросил приличия и ответил:

– Нет.

– О-ха-а! – едва слышно ахнули раис и престарелый Додихудо.

Горох даже расцвёл от удовольствия – опять намечалось представление. Он заговорил внятно, ласково, словно убеждал ребёнка: