Читаем Заххок полностью

– Зато Джоруб – многодетный отец, – съязвил Шокир.

Не часто я слышу от односельчан попрёки моей бездетностью, но в эту минуту издёвка Гороха почти меня не задела, я был горд и доволен. Сделал, что мог, а будет, как решит Аллах…

Слух «Джоруб отказал Зухуршо» в один миг охватил толпу, как огонь заросли сухой травы. Когда я вернулся к своим, старый Бехбуд, отец Бахшанды, сердито зашипел:

– Почему прежде старших выскочил? Почему самолично решил? Почему меня не спросил? Зачем отказал?..

Отец молчал сочувственно и только кивнул: правильно поступил. Но меня одолевали сомнения. Сердце говорило, что Зухуршо не отступится. Я лишь отсрочил неизбежное. Разумно ли противиться тому, чего не можешь изменить? О чем они – Зухуршо и Гадо – теперь совещаются?

Поздним вечером этого дня, раис пересказал нам их разговор.

«Вижу, – повествовал он важно, – этот мужик, младший брат товарища Хушкадамова, назад идёт. Я удивился. Как он так быстро договорился? Я товарищу Хушкадмову говорю:

«Вот это сватовство! – говорю. – Два слова, и дело сделано. Такой уж в нашем кишлаке коллектив. Необычайно вас в Талхаке уважают».

Товарищ Хушкадамов ничего не ответил, но я понял, что мои слова ему понравились. Потом этот мужик, младший брат товарища Хушкадамова, к нам подошёл и сказал:

«Ничего не получится, брат. Эту девушку, оказывается, просватали. Скоро свадьба».

Товарищ Хушкадамов очень рассердился.

«Я тебя зачем посылал?! – закричал. – Деревенские новости собирать? Почему девчонку ко мне не привёл?»

«Брат, – ответил этот мужик, Гадо, младший брат товарища Хушкадамова, – я не хотел народ обижать».

«При чем здесь народ?! Ты меня оскорбил! Меня опозорил!» – закричал товарищ Хушкадамов.

А этот мужик, его младший брат, будто совсем глупый.

«Извините, брат… Ваша справедливость всему Санговару известна. Думал, если я стану силой действовать, то и на ваш авторитет тень упадёт…»

Товарищ Хушкадамов ещё пуще разгневался:

«Тебе самое простое дело поручить нельзя. Ты…»

Но другой мужик, Даврон, командир, сказал:

«Кончай разборки, Зухур. Пора митинг начинать. Время уходит».

Удивительно мне: как это он товарища Хушкадамова безо всякого почтения перебил. Но товарищ Хушкадамов к нему даже не обернулся. Однако гнев унял. Меня спросил: «Что думаете, раис? Что посоветуете?»

Я, конечно, всегда об одном думаю – об общественной пользе. Думаю: если товарищ Хушкадамов именно из нашего кишлака девушку возьмёт, большая выгода всем выйдет. Говорю:

«Товарищ Хушкадамов, вы сами из местных, наши традиции знаете… Но сейчас новое время, новая власть. Сегодня старые пережитки никому не нужны. Если вы главу семейства к себе призовёте и с ним это дело решите, очень правильно будет».

Товарищу Хушкадамову мои речи понравились.

«Дельный совет», – сказал. Этому мужику, пятнистому палвону-силачу, приказал: «Приведи».

Этот мужик, палвон-силач, отправился приказ исполнять. Но товарищ Хушкадамов все ещё сердился, оказалось.

«Эй, Занбур, – приказал, – девчонку тоже сюда тащи».

Раис, разумеется, прихвастнул и своё участие в разговорах начальства сильно преувеличил, но суть передал верно. Сбывалось именно то, чего я опасался: отказ разгневал Зухуршо, и даже необъяснимое заступничество Гадо нам не помогло.

– Гафур идёт, Гафур… – зашептались вокруг.

К нам шагал человек-гора со следами витилиго на лице и могучих предплечьях. Одет он был в камуфляж, и это, впридачу к белым пятнам на тёмной коже, делало его похожим на огромного пегого быка. Гафур остановился перед толпой, широко расставив ноги, и проревел:

– Кто?!

Бедные мои односельчане! По единому слову поняли, о чем он спрашивает, все как один повернулись в нашу сторону и закричали:

– Вон они стоят!

Гафур надвинулся на нас.

– Кто?!

Старый Бехбуд, отец Бахшанды, указал:

– Он. Вот этот человек. Джоруб…

Мой отец – старший в нашем кауне, но он скуп на слова, говорить на людях от имени семьи обычно высылает Бехбуда. Правда, и тот не слишком речист, а сейчас вовсе заробел.

– Идём, – сказал Гафур. – Зухуршо к себе требует.

В этот миг я заметил краем глаза, что к народу направляется второй Зухуров телохранитель, Занбур. Мысленно продолжив линию его движения, я с ужасом вычислил, куда он идёт. К Зарине!

Гафур ухватил меня за руку.

– Погоди минутку, – взмолился я.

Он обернулся, увидел товарища и неожиданно отпустил меня. Усмехнулся:

– Ладно. Поглядим…

Занбур, пробуравив народ, остановился у высокого камня и пробурчал:

– Эй! Сюда, вниз, слезай.

Я услышал сзади себя пыхтение и звуки борьбы. Обернулся: Сангин и Курбон держали Андрея, а он отчаянно вырывался. Я отвернулся. Что я мог ему сказать?..

Тем временем Занбур повторил:

– Слезай! Чего смотришь?

Зарина ответила насмешливо:

– Сам поднимись!

Он в раздумье почесал шею.

– Как?!

– Лестницу возьми.

Занбур сообразил, что наверх взбираются где-то сзади, и пошёл в обход глыбы. Едва он скрылся из виду, Зарина легко спрыгнула на землю. Будто пушинка полетела, подхваченная ветром.

– О-ха! – одобрительно вскричали мужики.

В это время наверху возник, растолкав девушек, Занбур.

– Где она?

Зарина – ему:

– Я слезла. Теперь – ты. Прыгай! Что, струсил?