У меня болит желудок, но по другой причине — из него, как плохой запах, поднимается холодный неукротимый голод.

— Конечно, — киваю я. — Но сперва мне нужно проверить… погоду.

— Сегодня жарко, все хорошо, — улыбается она.

— Не сомневаюсь.

Я иду к двери. Как я и подозревал, она теперь легко открывается, и когда я выхожу наружу, то чувствую себя абсолютно здоровым. Я делаю второй, потом третий шаг, и вдруг возникает такое ощущение, какое часто бывает на работе, — будто кто-то за мной наблюдает. Я смотрю на другую сторону улицы. Это лис. Его глаза встречаются с моими. Потом он шмыгает в кусты.

Я поднимаюсь по ступенькам. Дама с кофе все еще здесь.

— Я потерял достаточно много времени, ну пока болел, и не только. Можно, я возьму маффины с собой?

— Конечно. — Она рада от меня избавиться. Наверное, из-за мантии в рюкзаке. Одежду-то я выстирал, но на мантии почистил только отдельные пятна, чтобы не испортить ее волшебных свойств — если они у нее вообще еще остались. Поэтому она все равно пахнет. — Давайте я дам вам пакет.

Оставшись один, я направляюсь к столику у буфета и быстро хватаю три маффина, два запихиваю в рюкзак для лиса. Для подкупа. Когда хозяйка возвращается с пакетом, я набираю в него столько еды, сколько позволяет приличие, благодарю ее и ухожу.

Так, теперь на поиски лиса.

Глава 19

Мне не приходится долго искать. Как только я перехожу улицу, лис выходит из-за мусорного контейнера. Он ждал меня.

— Привет, — говорю я.

— Мне нечего тебе сказать, — говорит лис.

— Слушай, я облажался.

— Думаешь? — Он вертит хвостом и уходит.

— Но я увидел ту самую лягушку.

— Ту самую лягушку? — Он поворачивается, насмешливо улыбаясь маленькими черными лисьими губами. — О да, конечно, это была та самая лягушка! Идиот! Это был мираж! Я не могу работать с тем, кто попадается на такие уловки! А теперь, если позволишь, мне нужно найти себе завтрак. — Лис приседает, собираясь запрыгнуть в мусорный бак.

— Подожди! — Я вспоминаю о маффинах. — Не хотел бы ты попробовать что-нибудь помимо мусора?

Мое предложение застает лиса уже в воздухе, но он умудряется развернуться и даже достаточно ровно приземлиться.

— О чем идет речь? — Он прищуривается.

Я подхожу ближе, потом открываю перед ним пакет.

— Маффины. Кексы. Плюшки. Все лично испекла милая дама из пансиона, в котором я был в плену всю ночь.

— В плену! — Лис усмехается, но осторожно тянет лапу к смородиновому кексу.

— Не так быстро! — Я оттаскиваю пакет. — Да, меня поймали, поймали! И как преступника держали в тюрьме, полной стариков. А если ты хочешь кекс или круассан с чем-то, что называется топлеными сливками, то должен выслушать меня, или…

Я закрываю пакет и собираюсь убрать его себе в рюкзак.

— Или что? — Глаза лиса следят за пакетом.

— Или можешь питаться объедками из этого бара. Кстати, может, они все в блевотине?

Тут я снова открываю пакет и машу рукой, чтобы до него дошел аромат. Лис сразу же начинает активно принюхиваться — он явно уже приобрел присущую его новому биологическому виду способность остро чувствовать запахи.

— Пожалуйста, — прошу я. — Мне нужно найти эту лягушку. Это не для меня. Это для моей мамы.

— Твоей мамы?

— Она очень беспокоится. — Я еще больше приоткрываю пакет. — У тебя же была мама?

— Ода! — Лис почти рыдает. — Но только я уже сто лет не ел ничего сладкого. Эта пожилая дама в пансионе никогда ничего не выбрасывает.

— Так ты не хотел, чтобы я там ночевал, потому что ненавидишь ее?

— Нет. Я не хотел, чтобы ты ночевал в этой гостинице, потому что…

Он останавливается и смотрит по сторонам. Потом запрыгивает на край мусорного контейнера и тоже его осматривает.

— Что?

— Тсс! Я должен убедиться, что нас никто не слышит.

Лис спрыгивает, бежит к углу здания и заглядывает за него.

— Тебя ж никто не поймет, даже если и услышит.

— Поправка: никто, кроме животных. Подумай об этом. Ты не видел кого-нибудь, когда сюда шел, — собаку, например, или кошку? У хозяина мотеля есть очень пронырливые кошки.

Я пытаюсь вспомнить, потом качаю головой.

— Все равно, проверь еще и ты на всякий случай. Но сперва дай мне клюквенно-апельсиновый маффин.

— Хорошо, но только один.

Я даю его ему, потом забираю с собой пакет и осматриваю окрестности, чтобы убедиться в отсутствии слежки, а также чтобы удовлетворить лиса.

Я не позволял себе об этом думать, но теперь, когда я на свободе, меня мучает один вопрос — кто поймал меня там, кто наблюдал за мной? Они попытаются сделать это еще раз?

Проверив под каждым кустом и деревом, я возвращаюсь к лису, который уже покончил с маффином и облизывает усы.

— Понравилось?

— Да! Еще! Еще!

— После того как поможешь мне.

— Но я не должен… ты не доказал, что тебе можно доверять.

— Но…

Я беру лепешку и дую на нее. Она еще теплая, только что из духовки.