Читаем Забытые полностью

Не сразу, но Парков всё же кивнула, и несмотря на то, что Рик страшно противно было слушать всё это, она внезапно ощутила и жалость к сидящей перед ней старой женщине. В тот день много лет назад удар автомобиля искалечил жизнь не только Йоргену. Жизнь Бодиль тоже была искалечена. Ей пришлось взять на себя ответственность, до которой она ещё не доросла, а её мать постаралась сделать так, чтобы она никогда не забывала о своей вине. В этой ненормальной жизни не нашлось места для нормальных чувств.

– А как было заведено, когда Йорген ещё жил у вашей матери? – продолжила Луиза тем не менее задавать неприятные вопросы.

– Мать сама удовлетворяла все его потребности. Она ни за что бы не допустила, чтобы он получал это вне дома. Она умела любовью развить в нём хорошие задатки. Вы только посмотрите, какие у нас везде цветы – они ими вместе занимались. Они среза́ли цветы в саду, а потом сидели и любовались ими. Это его отвлекало, и тогда он не так настойчиво искал других утех. Вот и когда мы узоры на тарелочках рисуем, это на него так же действует.

Рик подумала о тех трёх жёлтых розах, которые Йорген срезал для неё. В конце концов, они украсили Камилле свадебный стол. Теперь Луиза пожалела, что не выкинула их сразу.

– А Лисе и Метте никогда не пытались сбежать отсюда? – задала Рик новый вопрос.

Бодиль удивлённо посмотрела на неё:

– Нет, с чего бы это им сбегать?

– С того, что людям вообще-то не нравится жить в конюшне.

– Ну не в дом же их брать! – воскликнула Парков. – Я ведь запираю половину, на которой живёт Йорген, после ужина. Он бывает особенно беспокойным по вечерам, и тогда лучше, чтобы рядом с ним никого не было.

Луиза слышала, что повреждение лобных долей мозга может сопровождаться сильнейшей агрессивностью, но не знала, насколько серьёзны были полученные братом Бодиль травмы.

– Но бывали дни, когда мы проводили время все вместе, – продолжала пожилая женщина. – У меня создалось впечатление, что девочки Йоргена были рады здесь жить. Зимой мы включаем электрообогреватели, так что слишком холодно у них не бывает. Йоргену тоже не нравится, если он к ним приходит, а там холодно.

– А он к ним туда ходил, только когда вдруг ощущал такую потребность? – спросила Рик, потрясённая тем, в каком свете Бодиль пытается обрисовать их повседневную жизнь.

– Так было удобнее всего. Когда на него накатывало, лучше уж было дать ему сразу получить своё, – заявила Парков, а потом, немного помолчав, добавила: – Ну и мне не хотелось, чтобы это происходило в доме.

– Но бегунью же держали в его комнате, – вставила Луиза.

– Это только потому, что он ужасно рассердился, когда я велела ему отвести её на конюшню. – Бодиль казалась искренне опечаленной. – Последнюю неделю после того, как одна из сестёр пропала, он был не в своей тарелке. Я исходила весь лес, искала её, но потом услышала, что нашли мёртвую женщину, и подумала, что это, должно быть, она. Я ничего не сказала Йоргену, хотя он всё время спрашивает, скоро ли она вернётся домой. Я не знаю, успокоится ли он когда-нибудь. И что же теперь будет?

Рик не знала, что на это ответить. Она сидела, потеряв дар речи, до глубины души потрясённая невозмутимым тоном Парков, говорившей о близнецах так, словно это были вещи. И словно она действительно считала, что они с братом создали им прекрасные условия для жизни.

– Почему вы позволили всем пребывать в заблуждении, будто Йорген – ваш муж? – сменила Луиза тему.

Бодиль выпрямилась и усмехнулась:

– Когда брат и сестра в нашем возрасте живут вместе, народ начинает судачить, а мне не хотелось, чтобы задавалось слишком много вопросов. Поэтому я и придумала эту историю с несчастным случаем на работе. Такие вещи вызывают симпатию, ведь это с любым может случиться.

Рик внезапно почувствовала, что не в состоянии больше слушать это. Всё равно потом нужно будет проводить ещё допросы, так что на этот раз достаточно.

– Хотите что-нибудь добавить к сказанному? – спросила она.

Парков покачала головой.

– По правде сказать, в саду у нас ещё две закопаны, – сообщила она, помолчав. – Вам бы, наверное, стоило и их забрать отсюда.

– Это что такое значит?

– Ну я же не знала, куда их ещё деть. Если бы я о них рассказала раньше, Йоргену бы не позволили здесь остаться.

– Это вы о ком? – растерянно подала голос коллега Луизы.

– Он, конечно, крутовато с ними обошёлся, – призналась Бодиль, не отвечая на вопрос. – Но вы поймите, он же не плохой человек. Просто у него силища такая, что, когда ему приспичит, лучше не сопротивляться.

В глазах у неё блеснула слеза, и она замолчала.

– Возможно, речь идёт о Лотте Свенсен из Вальсё и о молодой женщине из Эспергерде, – догадалась Луиза. – Они пропали в то лето, когда прокатилась первая волна изнасилований в лесу. Их тела так и не нашли.

Вслед за Бодиль женщины-полицейские вышли на террасу, а оттуда в сад.

– Я теперь уж и не помню, где точно мы их закопали, – сказала хозяйка дома, оглядывая широкий газон. – Где-то вон в той стороне, где у нас огородик.

Она подвела сотрудниц полиции к опушке леса, где был вскопан и засеян большой участок земли.