Читаем Забытое полностью

– Нет, – сказал Кристиан, и все повернулись в его сторону. – Вы разве не думали о том, почему в Мертвомире всегда одинаковая погода? Он почти не меняется. Мир словно застыл, ожидая чего-то. Это похоже на заплетенный сон.

Ρжавчина согласно кивнул.

– Как далеко находится Эфистоль? Сколько туда идти?

Я прикусила губу, размышляя.

– Если я правильно прикинула расстояние, то несколько дней.

Друзья переглянулись. У всех на лицах был один вопрос.

– Вивьен, но люди за Дверью не выдерживают так долго. Мы умрем через пару часов.

– Я думаю, что нет. ДвероАрка разрушается, ее сила слабеет. А именно она выталкивала тех, кто приходил навредить Мертвомиру. Забрать его часть, вынести Дар… Никому не нравятся мародеры, верно? ДвероАрка защищала целостность своего мира. Я думаю, она пропустит нас.

– Звучит… многообещающе, – слегка ошеломленно протянул Киар.

Я лишь руками развела. У меня были смутные догадки и видения прошлого. Слова Приора и сны. Можно ли на это опираться? Вряд ли. Но это хоть какая-то надежда.

– И когда мы пойдем? – встряла Ливентия. Кровь на ее щеке застыла коркой. В сочетании с обведенными черной краской глазами и мрачным одеянием выглядело зловеще. Но стояла южанка выпрямившись, с непреклонностью во взгляде.

Что ж, возможно, ей это действительно нужно.

Возможно, это нужно нам всем.

– Сейчас, – отозвался Крис.

– Сейчас?

– Хочешь подождать лета? – поднял он брови. – Нет смысла медлить. Решили идти – идем. Раздевайтесь.

Кто-то – кажется, Мелания, – икнул. Похоже, некоторые забыли, в каком виде принято входить в иной мир. Ржавчина довольно зафыркал. Остальные наградили эфрима злыми взглядами.

Кристиан молча скинул мундир и рубашку. Я снова неуверенно потянула с ноги сапог. Киар разоблачался невозмутимо, как и Рейна. Она лишь застыла, оставшись без рубашки и взявшись за белые полосы, стягивающие ее грудь. Ливентия топталась на пороге. В ее глазах явственно бушевало негодование. Но потом девушка прикоснулась кончиками пальцев к разодранной щеке, отдернула руку и сердито начала расстёгивать платье. Мы старались не коситься друг на друга. Очень старались.

Получалось плохо.

– Лицом к стене! – рявкнул Кристиан, и парни резко развернулись.

Но все равно не могли не улавливать краем глаза движения спадающих тканей.

– Ты подсматриваешь! – ко всеобщему удивлению, первой возмутилась Мелания.

Айрон рывком отвел взгляд от ее плеч, показавшихся в вырезе платья, и густо покраснел.

– Я не смотрел. Да тут совсем темно. И почти ничего не видно!

Бывшая послушница фыркнула – почти как эфрим. Ρейна почему-то уставилась на Ржавчину, который стоял в углу, и скривилась. Ливентия подергала ногой, освобождаясь от обуви.

– Пусть смотрит, – буркнула она. – В Мертвомире он все равно тебя увидит, Мелания, даже не сомневайся. Так почему не начать прямо сейчас!

– Я не собирался смотреть! – еще сильнее побагровел ренегат. – И вообще… а, ну вас!

Он в сердцах швырнул на пол свои штаны. Мелания издала сдавленный всхлип. Ржавчина откровенно расхохотался. Его смех был слышен даже в образе эфрима!

– Ржавчина! – дошло до меня. – Ты ведь говорил, что успел припрятать кое-какие сокровища! Ты сможешь раздобыть для нас хоть какое-то подобие одежды?

Эфрим уставился на меня с таким явным недовольством, что стало ясно – сможет. И я только что испортила ему представление.

A значит, у него точно есть то, что нам нужно! Я уперла руки в бока и строго посмотрела на приятеля.

– Ржавчина!

Кристиан стоял уже в одних штанах. Впрочем, у него была его Тьма. Февр перевел темный взгляд с меня на эфрима и приказал:

– Отправляйся за одеждой. Немедленно. Мы заходим по одному, сначала парни.

Эфрим дернул крыльями, оскалился и зарычал, выпуская когти. Ему не нравились приказы февра. Тьма в комнате снова всколыхнулась, пошла рябью и раздулась черной вязкостью.

Я выругалась, одним движением скинула штаны и белье, сорвала с волос ленту и бросила на пол браслет. Тьма облепила меня мгновенно, укрыв, словно теневой плащ. Злой Кристиан преградил мне дорогу и схватил за руку. Его прикосновение обожгло. На миг мы застыли двумя истуканами, глядя друг другу в глаза и пытаясь дышать.

Ржавчина зарычал так, что содрогнулись каменные стены башни. Рывком дернул ручку Двери и исчез в Мертвомире.

Я оглянулась на застывших в разной степени раздетости друзей. Киар смотрел волком, Рейна – тоже. Ринг открыл рот, Ливентия кривила губы.

Да уж, отличная у нас компания. Даже до Двери дойти не можем без ссоры!

Кристиан склонился к моему уху и шепнул лишь для меня:

– Не убегай от меня, Вивьен.

Он коснулся губами моего виска и отпустил. Но плащ из Теней остался, укрывая с ног до головы. Тени облепили всех девушек, щадя наши чувства.

И мы начали заходить в Мертвомир.

* * *

Холм с другой стороны Двери тоже остался прежним. Серебристые травы все так же перекатывались волнами до самого обрыва. На другой стороне ущелья раскинула птичьи крылья белая безголовая статуя. Сейчас я знала, что это изваяние возвели в честь первой Крылатой Девы – Леи Шкаххи.

Величественный лес и развалины Серой Башни тоже высились на своих местах.