Читаем Заблудшая душа полностью

Переполох на башне вызвала еще одна толпа морхов. Похоже, это было совершенно другое племя, потому что в массе окружавшего башню войска получились две узкие бреши, как раз там, где находились границы между лагерями людоедов. Численность отрядов была примерно одинаковой – где-то по тысяче воинов. Если вспомнить, что я читал из записок путешественника-дворянина, пережившего рабство у морхов, – это были очень сильные племена, и на запах крови они прибыли первыми.

Взревели хриплые трубы морхов. Глухим рокотом им ответили барабаны. И тут же к подножию башни бросился штурмовой отряд. Пока людоеды добирались до верхушки спирального подъема, я заметил, что среди атакующих очень мало хорошо вооруженных воинов. Похоже, морхская молодежь решила показать удаль, не поверив рассказам соседей о «зубастости» засевшей на башне дичи.

Так получилось, что Шип и Змей вновь приняли удар на себя, но, судя по решительности морхов, сегодня достанется и нам с Грифоном.

– Грифон, надевай броню. Сил у нас маловато. Так что смена будет чаще.

Пока мы облачались в «чешую», на выходе с серпантина началась схватка. «Ящеры» работали как идеальный механизм. Ни одного прямого столкновения, каждый удар преследовал цель не убить, а причинить боль, подрубить сухожилие и самое главное – заставить огромное тело морха потерять равновесие. Остальное довершал короткий полет к камням внизу. Не уверен, что мы с Грифоном сможем так же, но, по крайней мере, попытаемся. Горка тел на последнем участке серпантина росла. Это одновременно облегчало работу «ящерам» и усложняло жизнь дежурному кронайцу. Пока он легко срубал руки вцепившимся в край площадки людоедам и ударами ноги сбивал тех, кому удавалось подтянуться.

– Пойдем присмотрим за кронайцем, – сказал я Грифону, принимая из рук Ургена жутко воняющий допинг.

Слабость ушла из тела, оставив после себя некоторое одеревенение, – именно за это я и не любил магических эликсиров: цена редко была меньшей, чем польза. По крайней мере, расхотелось пить, а это в нашем положении большое благо.

Необходимости помогать кронайцу пока не было, и мы просто смотрели вниз. Вот только смотрели не совсем туда, куда нужно. Разглядывая лагерь людоедов, мы не заметили, как поменялся контингент поднимающихся по серпантину морхов. Прямо под нами заблестели – там, где не успели проржаветь, – шлемы и наплечники. В заслон «ящеров» врезался первый из хорошо экипированных морхов.

Шип со Змеем шагнули на пару шагов назад, и нам пришлось задействовать план «Б».

Ситуация пока не стала критичной, поэтому я без спешки перетащил шестиствольник на грудь и начал методично стрелять в довольно крупные головы людоедов. Заряды быстро закончились, но мы с Грифоном все же успели очистить верхнюю площадку. После этого в дело вступили Шип и Змей.

Увы, это оказалось ошибкой – иглометы опустели, а вот морхи никак не хотели заканчиваться. Мало того, кромка площадки была завалена телами, и «ящерам» пришлось идти по трупам, что снижало наше и без того слабое преимущество.

Опытные морхи тут же воспользовались ситуацией – передовой людоед буквально нанизал себя на клинки «ящеров», отодвигая их еще на пару метров от выхода с серпантина. За ним тут же двинулся второй, третий…

Над саванной пролетел победный рев.

– Проф, перезарядка! – Я не глядя бросил шестиствольник в сторону Ургена и потащил из-за спины «младшего».

Несколько минут мы втроем сдерживали морхов, отступив на пару метров назад. И вдруг натиск людоедов начал ослабевать. Как только удалось осмотреться по сторонам, в голову пришла мысль: почему нас только трое? А затем я осознал, что не вижу Грифона на площадке.

Бывший рыцарь нашелся буквально через мгновение, но не рядом, а шестью метрами ниже – на балконе. Он уже успел расчистить вокруг себя небольшое пространство. Тяжелый рыцарский меч вращался вокруг Грифона, и с каждой секундой радиус поражения кончика отчищенного за ночь клинка увеличивался. Причем удары наносились с аптекарской точностью. Меч не врезался в тела морхов, а лишь задевал их самым острием. Но при этом солидного веса и не менее солидной инерции хватало, чтобы перерубать лицевые кости и ребра, а также вспарывать дрянные металлические и костяные щитки. Брызги почти черной крови, а местами и головы морхов разлетались с балкона во все стороны. В центре очистившейся площадки стояла настоящая машина смерти. Такого я еще не видел. На занятиях Грифон дрался по методу «медведей» и наработкам Шипа, которые постепенно складывались в особый стиль «ящеров», а сейчас он демонстрировал то, чему его учили с детства.

Понимание того, что на подобные «чудеса» с тяжелым мечом его надолго не хватит, толкнуло меня вперед. Шип попробовал пойти на обгон, но не успел.

Удар короткого копья с массивным и ржавым наконечником скользнул по наплечнику, я же шагнул вперед в неглубоком свинге, втыкая «младшего» под куцый нагрудный щиток дикаря. Еще шаг под стеночку – и, используя меч как рычаг, сталкиваю морха вниз. Это было не совсем разумно – рукоять дарийского клинка удалось удержать с большим трудом.