Читаем Заблудшая душа полностью

Мороф зарычал с крыльца, но, судя по тому, что сразу не пристрелил наглого дворянчика, его жена была в доме, иначе граф уже получил бы стрелу в глаз. Ситуация выходила из-под контроля, и я судорожно пытался найти выход.

Спрыгнув с Черныша, я шагнул к графу и приблизил лицо к его шлему.

– Еще немного, и здесь начнется резня. Не знаю, какие селяне живут в твоем графстве, но мои едва ли не каждый день воюют с хтарами.

Граф снял с головы шлем, и по наглым глазам я понял, что до него не дошло, но у меня имелся еще один довод.

– Как думаешь, что скажет герцог, когда вместо ополчения ты приведешь ему половину своего отряда?

А вот теперь его проняло – граф действительно боялся герцога до дрожи в коленях, и мысль о невыполненном приказе все же заставила работать ту субстанцию, которая заменяла ему мозг. Только после этого он смог взглянуть на вещи здраво и увидеть, что его оруженосцы постепенно принимают круговую оборону, прикрываясь щитами от стрелков на крышах бараков.

– Трубить общий сбор! Всех за пределы этой грязной деревушки. А вы, барон, собирайте своих боевитых людей, я видел здесь не меньше сотни. Так что жду сотню ополченцев на службу герцогу.

– Я вообще не являюсь вассалом герцога и ничего ему не должен. К тому же с моих земель императору полагается всего лишь два десятка.

– Прекрасно, вы как раз должны выставить императору Чаако Первому положенные двадцать оруженосцев, а так как у вас их нет, то подойдет сотня этого быдла. Впрочем, можете отказаться. Прошу, доставьте мне такое удовольствие – я буду счастлив сровнять ваш жалкий городишко с землей. Жду ответа через два колокола.

Последнее слово осталось за графом, потому что его слова буквально вогнали меня в ступор. И дело совсем не в угрозе, хотя она была более чем реальной.

Какой, блин, император Чаако? А что с Ларой?

Времени было в обрез, так что я нуждался во всех мозгах, которые мог привлечь, потому что мои уже не работали. На военный совет собрались все «ближники» – Руг, Курат, Мороф на пару с невзрачным лесовиком, Охто и даже Никора. Начал я с короткого разбора полетов:

– Мороф, как случилось, что эти придурки оказались внутри периметра?

– Моя вина, – потупился бывший бандит. – Все были в поле, а на воротах стояли старики. Они с детства привыкли, что рыцари являются законной властью. Это молодежь выросла в мятежных лагерях, потому не любит дворян. Кстати, скандал начали именно наши юнцы, оруженосцы поначалу вели себя нормально.

– Так, кто что думает? – повернулся я к остальным.

– Может, отсидимся за валом? – робко спросил Курат.

– Нет, это не дикие и плохо защищенные хтары. Рыцари возьмут наш вал за несколько секунд и вырежут всех к демонам. Что ж, похоже, выхода у нас действительно не остается. Мороф, собирай шестьдесят драгун. Курат, отбери мне семь казаков, что половчее и у кого нет семей, а с остальными останешься охранять усадьбу. Запритесь и наружу выходите только для работы на полях. Не забывай отправлять дозоры в степь.

– Но как же так? – еле выдавил из себя старый вояка.

– Старый, послушай меня, старый. – Я подошел к казаку вплотную и положил руку ему на плечо. – Мне не на кого больше положиться. У тебя будут казаки, почти два десятка годных к бою драгун, да и раненые скоро поправятся. Плюс амазонки. Продержаться вам нужно от силы месяц. Сейчас у нас нет другого выхода, но уверен, что рано или поздно шанс появится.

– Граф требовал сотню, – вернул меня к неприятной теме Мороф.

– Значит, будем разыгрывать из себя сироток. В городе оставишь драгун, которые с виду даже близко не напоминают воинов. Раненые должны выглядеть как умирающие.

– Хорошо, – кивнул сотник и стремительно вышел из комнаты, за ним последовали Курат и Охто.

– Пойду собираться, – горестно вздохнул старый хтар.

– Куда это? – не понял я.

– В поход. Раны лечить.

– А здесь кто лечить будет?

– Бабы мало-мало справятся.

Мне оставалось только пожать плечами, но еще больше удивил Урген. Профессор успокаивал погрустневшую Никору, а из его слов становилось понятно, что он намеревается идти с нами в поход.

– Руг, а ты куда собрался? Хочешь испортить все дело и спалить нас к демонам?

– Во-первых, – поднял палец профессор, – в таком виде меня не узнают ни друзья, ни враги. А во-вторых, Герд, ты, по-моему, забыл, кто может стоять за всеми этими движениями и с какими неприятностями мы можем столкнуться.

Доводы, конечно, убедительные, но меня все же грыз червячок сомнений в отношении мотивов профессора. Мои предчувствия частично подтвердились, когда я увидел, с каким наслаждением Руг вдохнул воздух, выйдя на крыльцо дома. Похоже, плотная опека его слишком боевитой подруги стала надоедать, и переквалифицировавшемуся в казаки ученому захотелось свободы.