Читаем За Уральским Камнем полностью

«Отказ будет означать для них смерть, так как они знают мои планы и могут донести», — спокойно подумала княжна.

Уставшая княжна удалилась в опочивальню. Просторная кровать располагала к отдыху. Молодая женщина улеглась среди пуховых подушек, раскинула руки и закрыла глаза. Кроме усталости, чувствовалось сильное томление и желание мужской любовной ласки. Золотой Рача, голландцы, грандиозные планы — все вдруг куда-то отодвинулось, исчезло, а возникло воспоминание пасхального поцелуя и обнаженное тело князя Шорина, когда ей так неожиданно пришлось заниматься его лечением. Она мысленно представила, как желанный князь ласкает ее губами, сильными нежными руками гладит ее тело, представила так ясно, что стон вырвался из ее губ.

— Что с вами, госпожа? — спросила служанка, в этот момент вошедшая в опочивальню. — Вам плохо?

— Нет, все хорошо, — устыдившись своей слабости, отозвалась Анна. — Просто легла отдохнуть. А ты что меня беспокоишь?

— С устья гонец прибыл, говорит, беда, русские сюда идут!

Анна встрепенулась, словно испуганная птица, неожиданно защемило сердце.

Вошел остяцкий воин. Увидев княжну, опустился на колени, уткнувшись лбом в войлочный пол юрты. Анна знаком разрешила говорить. Тот, оставаясь на коленях, начал доклад.

— Моя госпожа! Два дня прошло, когда солнце шло к закату и в устье вашей реки вошел боевой струг русских. На нем казаки, большим числом. Я сразу ушел в лес. Подождал, все высмотрел и на оленях к тебе. Все, как ты велела, госпожа, — начал рассказывать гонец.

— Продолжай. Все рассказывай подробно, — взволнованно произнесла княжна.

— Струг идет в Березов. Остановились пополнить запасы и сделать ремонт. Казаки в латах, вооружены, видны пушки. Ведут себя мирно. Старшим у них большой князь, от самого московского царя едет.

— Как звать князя? Удалось узнать?

— Да, княжна. Его звать — Обдорский голова, князь Василий Шорин!

У Анны перехватило дыхание и закружилась голова. Она чуть не потеряла сознание. Гонец что-то продолжал говорить, но Анна его не слышала.

«Князь совсем рядом. Надо поехать к нему. Нет, лучше пригласить сюда», — лихорадочно мелькали мысли Анны.

— Срочно пошлите к князю Шорину гонца, с приглашением в Коду, — неожиданно приказала она.

— Но, госпожа, зачем посылать? — удивился остяк. — Он уже сам на пути сюда. Я же говорю, что князь и с ним десятник Бряга на лодках плывут в Коду. Завтра, к заходу солнца, они будут здесь.

Княжна возвращалась в реальную жизнь. Возбужденная известием о князе, она вдруг вспомнила о голландских купцах.

— Купцов приведите ко мне и срочно собирайте их в дорогу. На рассвете уйти тайгой на оленях. Скрытно покажите им лодки с русским князем, — распорядилась Анна.

Близится встреча. Княжна Анна не находит себе места. Без конца проверяет, все ли так, все ли готово, какой наряд выбрать. Князь Василий Шорин торопит гребцов, он готов выскочить из лодки и бежать берегом как мальчишка. Все ими забыто, все заброшено, мир словно исчез. Мысли заняты только встречей.

Вот, наконец, последний поворот реки, уставшие гребцы собрали последние силы и сделали рывок. Показалась Кода. Крепостные стены на высокой горе, здесь, посреди бескрайней тайги, казались сказочным видением. В храме Живоначальной Троицы звонит колокол. Лодки подошли к городской пристани. Князь Василий Шорин и десятник Матвей Бряга ступили на Кодскую землю. Грохнули башенные пищали в честь высоких гостей. Остяцкие воины, ряженные в красные стрелецкие кафтаны, достаточно ловко взяли ружья на караул. Гости в сопровождении именитых жителей последовали в городок Кода.

Такого торжественного приема здесь еще не видывали. Шорин и Бряга тоже не ударили лицом в грязь. Их одежды, доспехи, оружие были великолепны. Рослые, красивые, молодые, они шествовали, гордо подняв головы, вызывая всеобщее восхищение.

Гости вошли в белую юрту, по этому случаю украшенную разноцветными шелковыми лентами. Уже известный читателю достархан был накрыт шикарней, чем несколько дней назад. Среди блюд стояли кувшины с вином, а восточные лампады источали ароматный, дурманящий запах. Князя и десятника усадили на самые почетные места, обложив со всех сторон подушками. Все расселись и замерли в ожидании княжны.

Появление Анны поразило всех. Даже знатные белогорские остяки не видывали своей княжны в таком убранстве. Перед ними появилась самаркандская принцесса. В одежде сказочного Востока, украшенная драгоценными браслетами, перстнями, с диадемой на голове, княжна Анна предстала перед собранием. Поверх легкой восточной одежды красовалась накидка из белого горностая, которая смягчала контраст ее костюма с убранством помещения.

Князь Василий Шорин был поражен ее красотой. Любовь, которая раньше тревожила его, теперь захлестнула с головой и лишила разума. В тот вечер он не видел и не слышал никого, кроме княжны. Отвечая на ее вопросы, пытаясь быть светским, интересным собеседником, он любовался и любовался Анной, полностью поддавшись ее чарам.

Десятник Матвей Бряга, напротив, оценил княжну красивой, но слабенькой и в хозяйстве абсолютно непригодной.