Когда я возвращаюсь к своей кровати, замечаю на прикроватной тумбочке очередной конверт. Очевидно, что он от Дэниела — их я узнаю из тысячи.

Боже, неужели ему не плевать? Он соизволил прислать мне послание. А поднять свой зад и навестить меня он уже не в силах. Поразительно…и как я могла столько своих сил отдавать человеку, которому настолько плевать на меня?

Распечатывая конверт дрожащими руками, я достаю из нее карту таро, на которой изображен молодой юноша. Опустив глаза в пол, он сидит под деревом и явно размышляет о тяготах, что принесла ему нелегкая жизнь.

Мне даже не нужно гуглить, чтобы осознать, какой грех олицетворяет «четверка кубков».

Уныние.

И, кажется, я достигла его дна, когда наглоталась алкоголя и таблеток.

«Это — последняя. Других не будет, Эрида. Игра окончена…ты готова к экзамену?» — гласит вложенная в конверт записка.

Вслух обругав Кинга с ног до головы, я разрываю его записку на мелкие кусочки, закусив губы от досады. Устало падаю на кровать, едва ли не взвыв от обиды и боли. Я, блядь, на том свете побывала…и даже это — игра для него. Послание Дэниела прямо указывает на то, что мой передоз фактически входил в его планы.

Я могла бы продолжить плакать в подушку, поливать его последними словами и тысячу раз повторять, как ненавижу его.

Но я сделаю лучше.

Я больше не потрачу ни грамма своего энергии на Дэниела Кинга. Все, что я делаю, отныне будет направлено только в мою пользу.

Я ни на твоей стороне поле, Дэнни. И не на стороне твоего отца.

Я — судья, который может удалить вас на скамейку запасных.

Или тюремная тебе нравится больше?

Держись, мой хороший. Скоро я тоже подарю тебе особую карточку — «красную».

Глава 8

Алекс

Когда-то я был также слеп, как любой из членов так называемых «пяти семей».

Я прекрасно знаю, кто такой Роберт Кинг. Знаком с семьей Морте, Ди Карло и другими, так как долгое время состоял в охране Кингов. Бывших членов мафии не бывает, но в их системе я считался куда меньшим звеном, чем рядовой новичок и даже не претендовал на прохождение инициации. Исконных правил и законов омерты в Нью-Йорке придерживаются только те семьи, во главе которых стоят чистокровные итальянцы. Я плохо знаю родословную Кинга, но в нем куда больше «западной» крови, чем в тех же Морте или Ди Карло.

Но речь не о том, как часть исконной cosa nostra в США превратилась в банальный и преступный олигархат, присутствующий в каждой стране.

А речь о порочной и греховной природе людей, способных на грязный шантаж и жестокие убийства. Некоторые члены семей готовы буквально на все, ради того, чтобы добиться желаемого. Мирные жители для них являются не более чем скотным двором. Эти семьи считают себя «сверхлюдьми» и главной целью своей жизни видят в управлении чужими душами, целыми городами и даже странами.

И я вырос среди таких же жадных до власти ублюдков. Во мне тоже есть все это дерьмо. Я мог бы быть рабом этой гигантской секты, если бы не огромное желание быть по-настоящему свободным от приказов и манипуляций «сверху».

Моя мать, родом из Швеции, но вышла замуж за Сицилийца.

Она прекрасно знала, что он преступник, один из членов сицилийской Cosa Nostra. Но безумная женская влюбленность зачастую слепа. Молодые девушки обожают принимать одержимую страсть за любовь всей своей жизни, но далеко не всегда это заканчивается, как в красивых фильмах, романтизирующих мафию. Мои родители познакомились в Италии, но я родился на территории США, что дало мне необычное преимущество — тройное гражданство. Именно конфиденциальность в международных информационных базах помогла мне так долго работать на Роберта Кинга, являясь при этом кротом в компании его сына.

Впервые, я попал к нему на службу в двадцать один год из-за договоренностей, между нашими семьями. Тем самым, моя семья «отдала долг» боссу. Тогда я еще не был настолько осознан, чтобы выбирать свой жизненный путь самостоятельно. Да и в Америку меня тянул слоган «страна возможностей».

Я всегда стремился к деньгам. Мне казалось, что только заработав достаточно, я, наконец, смогу расслабиться, закончить безумную гонку и начать жизнь.

Но это иллюзия. Сколько бы денег ты не имел, тебе всегда будет недостаточно.

Человек — тварь, и тварь ненасытная. Только приоритет у всех разный.

Нам всегда будет мало. И счастлив лишь тот, кто умеет наслаждаться моментом. Я только учусь…довольно трудно наслаждаться чертовым моментом, когда ты сидишь в тесной камере.

Но я, правда, пытаюсь. И есть время хорошенько подумать над уроком, который преподнесла судьба.

Балансирую на грани своих же грехов, проклиная себя за проявление слабости. Похоть, эмоции, власть, гордыня, зависть, алчность…деньги.

Я всегда хотел дать все самое лучшее Элли и Моне.